– Я приду… но не буду залезать.
– Как хочешь.
С улыбкой встаю. Я же знаю, что в конце концов она там окажется, просто ее необходимо поуламывать немного больше других. Размышляя об этом, прихожу к выводу, что никогда не был еще в джакузи с девушкой, голой или нет.
Она хватает меня за запястье и идет за мной наверх, в комнату, которая несколько ближайших дней будет считаться нашей. В ней есть балкон, в первую очередь, поэтому я ее и занял. А уж когда увидел джакузи, то понял, что эта комната создана для нас.
Неплохая кровать; она маленькая, но большая нам и не нужна.
– Мне тут очень нравится, так спокойно, – говорит она, присаживаясь на кровать, чтобы снять туфли. Я открываю дверь на балкон.
– Ничего так. – Не будь тут моего отца, его жены и Лэндона, было бы еще лучше.
– Мне нечего надеть в ресторан, о котором говорил твой отец.
Я пожимаю плечами и наклоняюсь, чтобы включить воду в ванне.
– Значит, не пойдем.
– Я хочу пойти. Я просто не знала, что мы куда-то собираемся, когда паковала вещи…
– Это они виноваты, что так все плохо спланировали, – говорю я, изучая датчики, чтобы убедиться, что они исправны.
– Наденем обычные джинсы. Простой и непринужденный стиль.
– Не знаю.
– Ну, не хочешь джинсы, можем зайти в местный захолустный магазин, и ты что-нибудь себе подберешь, – предлагаю я, и она улыбается.
– Почему ты сегодня в таком хорошем настроении? – Тесса изгибает бровь.
Я опускаю палец в воду. Почти готово, вода быстро нагревается.
– Не знаю… Просто так.
– Ладно… То есть мне не следует волноваться? – спрашивает она, выходя на балкон.
– Нет. – Да.
Я указываю на плетеное кресло рядом с ванной.
– Может, хотя бы посидишь со мной, пока я расслабляюсь в обжигающе горячей ванне?
Она смеется и садится в кресло. Я смотрю в ее открытые глаза, затем снимаю футболку и расстегиваю штаны. Трусы решаю оставить. Я хочу, чтобы она их сняла с меня.
– Уверена, что не хочешь присоединиться? – спрашиваю я, перешагивая через край ванны.
Черт, жарко, как в аду.
Через несколько секунд тело привыкает, и я откидываюсь на твердый пластик наклонной стенки.
– Уверена, – отвечает она, вглядываясь в лес на горизонте.
– Никто нас не увидит. Неужели ты действительно думаешь, что я упрашивал бы тебя забраться сюда голой, если бы кто-то мог нас заметить? Это с моей-то ревностью и всем остальным.
– А если они вернутся? – спрашивает она тихо, будто кто-то может ее услышать.
– Они сказали, что уйдут на час или два.
