После ссоры

Не уверен, согласится ли она, но я давно не видел, как она спит в моих футболках, и мне этого не хватало.

– С удовольствием. – Она улыбается и вытаскивает из корзины с бельем мою помятую майку.

– Хорошо, – говорю я, стараясь, чтобы мой голос не звучал слишком взволнованно.

Но, когда она поднимает руки, я вижу, как ее грудь туго натягивает кружевные края лифчика. Перестань пялиться. Не спеша, она хочет, что мы двигались вперед не спеша. Я сумею не спешить… не спеша… войти в нее. Боже, да что со мной такое?

Как раз когда я решаю отвернуться, она засовывает руки под футболку и вытаскивает бюстгальтер через рукав… Господи.

– Что-то не так? – спрашивает она, залезая в кровать.

– Нет.

Я с трудом сглатываю и, замерев, наблюдаю, как она распускает хвост, в который были завязаны ее волосы. Они рассыпаются по ее плечам прекрасными светлыми волнами, и она медленно покачивает головой. Она наверняка делает это специально.

– Ладно…

Она садится поверх одеяла. Лучше бы она накрылась, чтобы ее ноги не были такими… обнаженными.

Она озадаченно смотрит на меня."

"– Ты ложишься?

Я только сейчас понял, что по-прежнему стою у двери.

– Да…

– Я понимаю, как странно сейчас привыкать снова быть вместе, но не надо вести себя так… отстраненно, – обеспокоенно говорит она.

– Я знаю, – отвечаю я и тоже забираюсь в постель, держа руки перед собой внизу, чтобы она не увидела ничего лишнего.

– Это не так уж неловко, как я думала, – едва не шепчет она.

– Верно…

Я рад это слышать; думал, вдруг все уже не будет как раньше.

Вдруг она станет слишком настороженной, совсем не той Тессой, которую я так люблю. Прошло всего несколько часов, но я надеюсь, что все так и останется. С ней мне легко, так чертовски легко, но в то же время и очень сложно.

Она накрывает мою руку своей изящной ладонью и прижимается к моей груди.

– Ты так странно себя ведешь. Скажи, о чем ты думаешь, – просит она.

– Я просто рад, что ты все еще здесь, вот и все.

«И я не могу перестать думать о том, что хочу заняться с тобой любовью», – мысленно добавляю я.

И это не только ради удовольствия, как было раньше, – теперь это нечто большее. Намного большее. Я хочу, чтобы наша связь была как можно прочнее. Чтобы она полностью доверяла мне. Мое сердце болит при мысли, как жестоко я растоптал ее доверие.

– Это точно не все, – возражает она, призывая меня к ответу.

Я киваю, а она проводит пальцем от моего виска к кольцу в брови.

– Это ужасно, что у меня такие мысли, – признаюсь я.