Я все еще провожу пальцем по его теплой коже и внезапно понимаю, что я делаю.
– Извини… – бормочу я и отдергиваю руку.
– Ничего… Но вообще, да, это что-то вроде заводного прибора. Видишь, вот здесь на рисунке кожа как бы оторвана? – он показывает на самый край татуировки, и я киваю.
Он пожимает плечами.
– Если заглянуть под кожу, то внутри видишь механизм. Как будто я робот, или вроде того.
– Чей робот? – Не знаю, почему я это спросила.
– Наверное, робот, запрограммированный обществом.
– Вот как… – Его ответ оказался намного более серьезным, чем я ожидала.
– Очень здорово, я поняла твой замысел. – Я улыбаюсь. Перед глазами все плывет.
– Не знаю, будет ли эта идея понятна другим. Пока только ты сумела ее оценить.
– Сколько татуировок ты еще хочешь сделать? – спрашиваю я.
– Даже не знаю – руки у меня полностью забиты и живот теперь тоже, так что, наверное, я остановлюсь, когда совсем не останется места. – Он смеется.
– Я тоже хочу татуировку, – выпаливаю я.
– Ты? – громко смеется он.
– Ага! Почему нет? – притворно возмущаюсь я.
Прямо сейчас идея сделать татуировку кажется мне неплохой. Не представляю, какой это был бы рисунок, но звучит забавно. Забавно и смело.
– Кажется, ты слишком много выпила, – дразнит меня он, снова заклеивая тату повязкой с пластырем.
– Думаешь, не смогу? – спорю я.
– Нет, дело не в этом. Просто… не знаю. Не могу представить тебя с татуировкой. Да и что ты захочешь набить? – спрашивает он, стараясь сдержать смех.
– Ну… солнышко? Или смайлик?
– Смайлик? В тебе явно говорит водка.
– Возможно, – хихикаю я. Затем уже серьезным тоном говорю: – Я думала, ты злишься на меня.
Он тоже перестает смеяться.
– Почему ты так думала? – спокойно спрашивает он.
– Потому что ты меня избегал, пока Тристан не заставил тебя сыграть в пив-понг.
Он вздыхает.
– Я не избегал тебя, Тесса. Просто я не хочу создавать тебе проблемы.
– С кем? С Хардином? – уточняю я, хотя уже знаю ответ.
– Да. Он ясно дал понять, что я должен держаться от тебя подальше, и я не хочу снова нарваться на драку.
Я не хочу, чтобы у тебя или у нас были неприятности. Я просто… ладно, неважно.
– Сейчас он становится другим, старается контролировать свой гнев, – смущенно говорю я.
Не знаю, действительно ли это так, но то, что Хардин не убил Тревора, уже о чем-то говорит.
Он недоверчиво смотрит на меня.
– Правда?
– Да, правда. Думаю…
– А где он, кстати? Я удивился, что он выпустил тебя из виду.
