После ссоры

Я чувствую внутренний трепет, когда вспоминаю, каково было вдруг заметить его в кампусе, украдкой взглянуть на него на занятиях по литературе, увидеть, как он смотрит на меня, пока преподаватель читает лекцию, как он подслушивает, о чем говорим мы с Лэндоном. Кажется, что это было так давно, будто в другой жизни.

Все еще удивленная этими ностальгическими мыслями, я вижу, как отодвигается занавеска в душе – раздетый, со взъерошенными волосами, падающими на лоб, Хардин потирает глаза.

Он улыбается, его голос все еще звучит сонно:

– Что ты тут так долго? Повторяешь наш урок?

– Нет! – восклицаю я и мгновенно смущаюсь, вспоминая вчерашний оргазм Хардина.

Он подмигивает.

– Ну, конечно, детка.

– Я не занималась этим! Я просто думала, – признаюсь я.

– О чем? – Он присаживается на закрытый унитаз, и я задергиваю шторку.

– Что было как раз перед…

– Перед чем? – взволнованно спрашивает он.

– Перед первым днем занятий, и как грубо ты тогда себя вел, – дразнюсь я.

– Грубо? Я даже с тобой не разговаривал!

Я смеюсь.

– Именно.

– Ты была в той ужасной юбке и вместе со своим парнем в кожаных мокасинах, и это жутко меня раздражало. – Он радостно хлопает в ладоши. – Ну и лицо было у твоей матери, когда она нас увидела!

Когда он упоминает маму, я чувствую внутреннее напряжение. Я скучаю по ней, но не собираюсь брать на себя вину за ее ошибки. Когда она будет готова больше не осуждать нас с Хардином, я поговорю с ней, но пока ее мнение не изменится, она не заслуживает моего внимания.

– Ты тоже раздражал меня… ну… своим отношением.

– Помнишь, как мы встретились в следующий раз? Ты была в одном полотенце и несла свои мокрые вещи.

– Да, а ты сказал, что не будешь на меня смотреть, – вспоминаю я.

– Я соврал. Естественно, я смотрел на тебя.

– Кажется, что это было так давно, правда?

– Да, очень давно. Как будто всего этого и не происходило: словно мы всегда были вместе, – понимаешь, о чем я?

Я высовываю голову из-за шторки и улыбаюсь.

– Еще как понимаю.

Это действительно так, и мне странно думать, что моим парнем когда-то был Ной, а не Хардин. Это кажется немыслимым. Ной мне очень дорог, но мы оба зря потратили годы на отношения. Выключаю воду и стараюсь выкинуть эту мысль из головы.

– Подашь мне… – Не успеваю закончить просьбу, как Хардин уже перекидывает мне через вешалку полотенце.

– Спасибо, – говорю я, оборачивая им влажное тело.