После ссоры

Я понимаю, что Зед просто пытается помочь, но я действительно хочу поговорить с Хардином лицом к лицу, услышать, как он объяснит то, что ему интереснее тусоваться со стриптизершами, чем быть со мной.

– Разве вы не расстались?

– Нет… то есть да, но… я даже не знаю, как это объяснить.

Это все жутко меня выматывает, а из-за Зеда кажется еще более запутанным.

– Это твой выбор. Просто я бы хотел, чтобы ты перестала зря тратить на него время.

Он вздыхает и встает с дивана.

– Знаю, – шепотом отвечаю я и смотрю на телефон, надеясь увидеть сообщение от Хардина.

– Хочешь есть? – спрашивает Зед с кухни, и я слышу, как он бросает в помойку пустую банку.

Глава 111

ХардинЭта квартира кажется просто чертовски пустой.

Находиться здесь без нее невыносимо. Мне не хватает того, как она клала ноги мне на колени, читая учебник, а я делал вид, что работаю, хотя на самом деле украдкой смотрел на нее. Мне не хватает того, как она меня доставала, тыкая ручкой, и когда я вырывал ее и поднимал над ее головой, она делала вид, что разозлилась, но на деле просто пыталась привлечь мое внимание.

– Черт, – говорю я самому себе и откладываю папку в сторону.

Я сегодня ни хрена не сделал – как и вчера, как и, собственно, в последние две недели.

Меня все еще жутко злит, что вчера она мне так и не ответила, но больше всего на свете я сейчас хочу просто увидеть ее. Она сейчас наверняка дома у моего отца, так что надо поехать туда и поговорить с ней.

Знаю, по идее, я должен дать ей свободу, но… к черту эту свободу. Эта тактика не для меня, и, надеюсь, она со мной согласна.

Я добираюсь до дома отца к семи часам, но машины Тессы там нет.

Какого черта?

Наверное, она пошла с Лэндоном в магазин, или в библиотеку, или еще там куда-нибудь. Но увидев, что Лэндон сидит на диване с учебником, понимаю, что это не так.

– Где она? – спрашиваю я, как только захожу в гостиную.

Я едва не сажусь рядом, но решаю, что лучше постоять. Если я сяду рядом с Лэндоном, это будет чертовски странно.

– Не знаю, я ее еще сегодня не видел, – отвечает он, почти не отрывая взгляд от книги.

– Ты с ней не говорил? – спрашиваю я.

– Нет.

– Почему?

– А почему я должен с ней говорить? Не все же ее преследуют, – улыбается он.