После ссоры

 – Его выпустят только при условии, что Зед не станет выдвигать обвинения. Хотя я не уверен, что это поможет.

У меня начинает кружиться голова.

– Исключение, – говорит седовласый мужчина, и Кен потирает подбородок.

Исключение? Хардина не могут исключить из университета! Боже, это какое-то безумие.

– Он мой сын, – тихо говорит Кен, и я осторожно делаю шаг в их сторону.

– Я знаю, но он напал на профессора и повредил имущество факультета – мы не можем этого так оставить.

Чертов Хардин и его характер!

– Это просто катастрофа, – говорю я Лэндону, и он уныло кивает.

Мне хочется броситься на пол и заплакать или, что еще лучше, вернуться к камере Хардина и врезать ему. Но ни то ни другое не поможет.

– Может, ты уговоришь Зеда не выдвигать обвинения? – предлагает Лэндон.

– Хардин взбесится, если я хоть на метр к нему подойду. – Хотя мне вообще не стоит его слушать, потому что он не слушает меня.

– Знаю, – отвечает Лэндон, – но других вариантов у нас сейчас нет.

– Наверное, ты прав.

Я смотрю на Кена, потом снова – в холл, где находится камера Хардина.

Главное для меня – помочь Хардину, но из-за того, что он сделал с Зедом, с которым, я надеюсь, все будет в порядке, я все равно чувствую себя ужасно. Может, если я поговорю с Зедом и он решит не обращаться в полицию, хотя бы одной проблемой будет меньше.

– Ты знаешь, где он? – спрашиваю я у Лэндона.

– Кажется, кто-то говорил, что он в больнице Грэндвью.

– Понятно. Ну, туда я сначала и поеду.

– Тебя подвезти обратно до стоянки?

– Черт.

Лэндон достает из кармана ключи.

– Держи. Только аккуратнее на дороге.

Я улыбаюсь своему лучшему другу.

– Спасибо.

Не знаю, что бы я без него делала, но раз он скоро уезжает, мне придется узнать, каково это. От этой мысли мне становится грустно, но я пытаюсь выкинуть ее из головы – сейчас я не могу думать об отъезде Лэндона.

– Пойду расскажу Хардину, что к чему.

– Еще раз спасибо. – Я крепко обнимаю Лэндона.

Как только я подхожу к выходу, по холлу проносится крик Хардина.

– Тесса! Даже не смей подходить к нему!

Я не обращаю на него внимания и толкаю вперед двойные двери.

– Я серьезно, Тесса! Вернись!

Я выхожу на улицу, где больше не слышу его криков, и вдыхаю холодный воздух. Как он смеет вот так указывать, что мне делать? Кем он себя возомнил? Он попал в серьезную передрягу, потому что не способен контролировать гнев и ревность. Я пытаюсь помочь ему все уладить.