После тебя только пепел

Все должны дрыхнуть после тусовки, но тебе все равно лучше поторопиться, – говорит Мнац и вручает мне большое полотенце. – Не включай слишком горячую воду. Знаю, что тебе холодно, но она не согреет, только размажет еще больше.

– Хорошо, – послушно отвечаю я, прижимая полотенце к груди.

Отхожу к дальней кабинке и робко оглядываюсь. Мнац так и стоит у двери, наблюдая за мной. Его волосы в полнейшем беспорядке, темные круги залегли под уставшими глазами. Я не видела его всего сутки, но он как будто похудел и даже постарел лет на десять.

Кажется, не только у меня был дерьмовый день.

Сил, чтобы ругаться или строить из себя сильную личность, нет, поэтому мягко прошу:

– Выйди, пожалуйста.

Обычный Мнац сейчас бы рассмеялся и бросил пару колкостей о том, что ничего нового я ему не покажу, но он вдруг спокойно поворачивается спиной, складывая руки на груди:

– Ты можешь отключиться и разбить себе башку. Этого нам точно не нужно.

Логично. Захожу в душевую и снимаю с себя одежду.

Теплая вода льется на голову, но облегчение не наступает ни через пять, ни через десять минут. Становлюсь чище физически, но морально все еще по уши в грязи. Я напилась. Чертовы коктейли. Зачем я вообще это сделала? Что было до того, как Мнац меня забрал?

Ни теплый спортивный костюм, ни одеяло не спасают. Сижу на кровати, завернувшись в кокон, и все равно стучу зубами, как в самый лютый мороз. Мысли разгоняются так сильно, что я за ними не успеваю. Обрывки воспоминаний вызывают ментальную тошноту.

Я больше никогда… никогда…

– Открой рот, – строго произносит Мнац, поднося к моим губам пальцы, сжимающие таблетку.

– А ты как думаешь? Тебе ведь плохо, нужна еще доза. Теперь будешь жить только так.

– Нет! Я больше не буду! – отрезаю я и смыкаю губы, качая головой.

– А что такое? Не хочешь? Вчера тебе было очень весело.

В ужасе смотрю в его озлобленное лицо и продолжаю мотать головой, все отрицая. Мнац дергает подбородком, сжимая челюсть.

– Алена, это успокоительное, – объясняет он раздраженно.

 – Нужно немного приглушить твой отходняк. Ты реально думаешь, что я мог бы?.. Серьезно, мать твою?!

Вижу, как ему тяжело сдерживаться, как злость оставляет печати на его губах и напряженной шее. Это я во всем виновата. Только я! Теперь это не выдуманная вина, она настоящая. Послушно открываю рот, на язык ложится таблетка, а потом к губам прислоняется ободок кружки.

– Пей. Тебе нужно много жидкости.