После заката

Дизайн и эргономика тут плачут горькими слезами, однако же — функционирует! Хотя по виду никак не младше хозяйки… Кирилл сильно сомневался, что с помощью его навороченного мобильника спустя тридцать лет удастся куда-нибудь дозвониться.

Ну что же, назначение вторых антенн над некоторыми загривскими крышами выяснилось. Заодно выяснилось, что они, приезжая сюда, останутся без связи — где теперь купишь такой антиквариат?

— Так и не надо ж покупать… — обнадежила Антонина. — В конторе напрокат возьмете, в Сланцах-то.

Уж не помню, как там она зовется, да найдете легко — дом серый, бетонный, аккурат под вышкой телевизорной. Залог оставите, да еще сорок целковых каждый месяц — и звони́те себе на здоровье.

Кирилл взглянул на часы и понял — обещанный «чуток» несколько затянулся. Или юный любитель природы имел о термине «единым духом» своеобразное представление, или решил по пути за отцом исполнить какое-нибудь неотложное дело. Проверить крысоловки, например.

— Так сами жи сходи́те, — предложила хозяйка.

 — Недалеко ж, за дом пройдете, так и увидите… А Юрок у меня и впрямь такой… задумчивый. Увидит чего, рот разинет, все из головы вон. Сходите, а то мне от теста никак…

Делать нечего — они самостоятельно двинулись на поиски.

Обходя дом, Кирилл удивленно присвистнул:

— Вот это да… Любопытный мотивчик в орнаменте…

Марина взглянула на массивный деревянный ставень. Сегодня они видели в Загривье много резьбы по дереву: на каждой двери фигурные наличники, на всех окнах жилых домов — распахнутые резные ставни, на нежилых — плотно затворенные.

Но в деталях образчик художественного народного промысла разглядеть удалось впервые.

Орнамент и вправду был неординарным — затейливо сплетенные правосторонние свастики.

«В лесу раздавался топор дровосека…» — вспомнил Кирилл школьную классику. Ну-ну, а на лугу корова раздавалась, а в кустах — соловей. Надо ж так написать, и никто не закричал ведь: графомания! Классики что за ересь ни сочинят, все хорошо…

На самом деле топор раздавался не в лесу — на задах лихоедовского участка.

Но раздавался…

Трофим Лихоедов внешне был полной противоположностью своей супруге — невеликого росточка, худощавый, движения быстрые, несколько суетливые. И речь такая же, никакого сравнения с плавной напевностью фраз Антонины, — словно опасался, что перебьют, не дадут договорить. Но одно сходство имелось: лексические конструкции и у мужа, и у жены в большинстве своем начинались всенепременным «так».