Последнее японское предупреждение

Галя, уходя к себе, всегда оставляла там идеальный, как в операционной, порядок, каждая мелочь на своем месте, с закрытыми глазами можно брать то, что нужно. Размешав в теплом молоке ложку меда, я села за стол и закурила, включив вытяжку. В голове бы иметь такой порядок, как в этой кухне, может, тогда я смогла бы разобраться в происходящем. А так…

Мобильный звякнул – пришло сообщение. Я схватила трубку – это оказался Никита. «Вы не спите? Если нет, зайдите ко мне, пожалуйста, есть инфа». Я перечитала сообщение три раза, сунула в карман пачку и зажигалку, прихватила стакан с не тронутым до сих пор молоком и вышла в прихожую.

Стараясь не греметь, открыла дверь и прямо в костюме, без куртки, рысью двинулась в дом охраны. На цыпочках дошла до комнаты Никиты и постучала. Он открыл почти сразу, втащил меня внутрь и защелкнул замок. По виду телохранителя я поняла, что он добыл какие-то новости – глаза блестят, шевелюра взъерошена.

– Ну? – нетерпеливо подстегнула я, усаживаясь за маленький столик и обхватывая стакан с молоком двумя руками.

– Признаюсь вам – не сдержался, разговорил Илью. Он в печали – Ефим Иосифович орал на них так, что аж сам слег. Ленку они не нашли.

– В общем, выманил я у Илюхи ключики от Ленкиной квартиры.

– Откуда у него ключики?

– А в квартире и прихватил второй комплект прямо с дощечки в коридоре.

– То есть в квартире они были?

– Были. Открыли отмычкой, а потом ключи нашли. Ну, вот. Ключики я выманил, сам в машину – и туда. Аккуратно все обшарил, каждый угол обнюхал.

Одно могу сказать – Ленка где-то в городе. Ни одна вещь не тронута, в шкафу все ровненько, все на вешалках, ничего не взято.

– Ты это с чего решил? – Я отхлебнула молока и чуть поморщилась – не любила вкус, но этот напиток меня удивительным образом успокаивал.

– А вот смотрите. У человека каждая вещь – буквально каждая – висит на отдельной вешалке. На отдельной, ничего друг на друга не нацеплено. Все по порядку – блузки, юбки, потом брюки, потом платья.

Если бы она собиралась куда-то, то остались бы пустые вешалки, ведь так? – Никита смотрел на меня вопросительно, но я молчала. В моей гардеробной все было кувырком, и я не могла сказать, как должны выглядеть вещи в идеальном шкафу. Но резон в его словах был. – Дальше. В отдельном отсеке – свитеры, кофты теплые. Все переложено папиросной бумагой, одна вещь от другой отделена.

– Ну, это ерунда – свитер взяла, бумагу выбросила.

– Пусть так.