Последнее японское предупреждение

И найди мне все, что сможешь, об этих девках. Все – до мельчайших подробностей.

С этими словами я поднялась и вышла, оставив телохранителя с открытым от удивления ртом – я никогда не разговаривала с ним таким тоном.

Дома спал Акела, и я, закрывшись в ванной, вынула три фотографии, измявшиеся в кармане, расправила их и снова внимательно перечитала все, что там было написано. Нет, этого просто не может быть…

Утром, сидя за столом, я не могла затолкать в себя ни куска, даже кофе выпить не могла, и все домочадцы, включая тетку, немного отошедшую от вчерашнего шока, не преминули высказать мне свое мнение по этому поводу.

Мы по умолчанию не говорили о Соне, но каждый – и это было видно – не переставал думать об этом. Вслух не говорили, чтобы не дергать друг друга, и так все были на взводе. Папа, не вполне оправившийся после приступа, разговаривал с кем-то по телефону и выглядел растерянно. Это мне не понравилось. Сашка в строгом костюме торопливо пил кофе – собирался в банк. Папа, закончив разговор, обратился к нему:

– Да.

Есть дело, – коротко ответил муж.

– Ну-ну… – протянул папа. – А ты? – это относилось ко мне.

Мои планы зависели от Никиты и Саввы, а пока я собиралась сидеть на телефоне и ждать. Ждать, ждать, ждать – неизвестно чего, правда.

– Я дома. Заведующий сказал, что могу за свой счет дни взять.

– Ты, надеюсь, составишь мне компанию и полежишь, да? – с нажимом спросила я. – Врач очень настаивал.

– Мне его просьбы, доча, до груза, – произнес папа тоном, не предполагавшим дальнейшей дискуссии на эту тему.

 – И дел у меня по горло.

– Ну, еще бы! Ты у нас самый занятый, самый здоровый и самый до фига о себе понимающий. А валяться потом с инфарктом не ты будешь, конечно! – не отставала я.

Лицо папа покраснело – верный признак, что сейчас он будет орать и бить посуду, но тут вмешалась молчавшая до этого тетка:

– Фима! Ты как был неумный, так и остался! Доктор сказал, что ты должен лежать в кровати, если не хочешь лежать в земле! Таки сколько мы будем спорить? Дела! Твои дела никуда не уйдут, а из могилы делать их ты все равно не сможешь.

И вот помяни мое слово – я лягу на порог и не выпущу тебя. Не перешагнешь ведь ты через родную сестру?

Папа только рукой махнул – он не сомневался, что тетка запросто уляжется поперек двери и не даст ему выйти. Проще смириться.

Но мне теперь нужно было еще кое-что. Нейтрализовать их обоих так, чтобы в случае необходимости суметь спокойно и без особых помех уехать из дома.