Последнее японское предупреждение

Наталья Григорьевна прикладывала к глазам платок, ее ощутимо трясло – ну, еще бы, ребенок пропал из школы, на ее месте меня бы тоже колотило. Хотя и на своем я сейчас чувствовала себя совершенно отвратительно. Нет ничего хуже неопределенности, неизвестности, перед которыми ты бессильна. Ты ничего не можешь – только сидеть и ждать. А это как раз само тяжелое.

– Александра Ефимовна, – заговорила учительница, – вы только не волнуйтесь… Я уверена, что Соня просто с кем-то из одноклассниц ушла. В нашей школе никогда подобного не было, чтобы дети пропадали…

– Да уж! – безо всякого почтения прокомментировал Никита, сунув руки в карманы куртки.

 – Ваш охранник что – слепой? Или старается не замечать того, что крупнее него? Я прошел совершенно спокойно, он даже не спросил, куда я и к кому!

– Зато меня вот остановил, – зло бросила я, мучаясь от желания закурить.

– Ну, еще бы! – фыркнул телохранитель. – И это только подтверждает мою теорию.

– Заткнись, а? – процедила я сквозь зубы. – Сонька пропала, мне не до шуток!

– Александру Михайловичу звонили? – тихо спросил Никита, понимая, что в критической ситуации я, скорее всего, прибегну к помощи мужа.

– Да, он обещал подъехать.

– Может, мы в класс пройдем, что ж стоять-то? – робко вклинилась учительница.

– Вы вот с Александрой Ефимовной идите, а я к директору, – заявил Никита, разворачивая меня в направлении кабинета. – Заодно и Александра Михайловича встречу.

Мне не казалась блестящей идея сидеть в классе в компании Натальи Григорьевны, поэтому я отказалась и вообще вышла из здания школы, достала сигареты и зажигалку, закурила и принялась раскладывать факты по полочкам.

Информации явно не хватало. Настораживало еще и другое – почему в школе такая тишина? Пропал ребенок – а ни полиции, никого. Что – директору все равно? Или… или директор в курсе, чей именно ребенок пропал, а потому не желает связываться? Вот это я сейчас и выясню!

Бросив окурок в урну, я развернулась и побежала обратно в школу.

Но оказалось, что этот вопрос пришел в голову не только мне – Никита тоже озадачился им и теперь в буквальном смысле слова тряс директора за лацканы пиджака, приподняв над полом:

– Тебе что – реально жить надоело?! Почему не вызвал полицию?! Почему ребенка никто не ищет, кроме матери?!

– Никита, прекрати! – Я подбежала к ним и схватила вошедшего в раж телохранителя за локоть. – Отпусти его!

– Я отпущу! – продолжал трясти директора Никита.