Последнее лето ярла Ульфа

Смольнянин не попал. Стег уклонился так уверенно, словно ожидал тычка.

А вот оказавшийся рядом Бирнир уклоняться не стал. Ухватил древко левой рукой и дернул как следует. Смольнянину бы выпустить деревяшку, но он, видимо рефлекторно, вцепился в нее, и Бирнир выдернул его на нашу сторону. И классическим ударом викинга «сверху вниз и наискосок» рубанул по голени. Конечно, это был не меч, а всего лишь дубинка. Зато с железным пояском пятисантиметровой ширины на набалдашнике.

Берцовая кость – крепкая. Но и у нее есть предел прочности.

Смольнянин завопил и повалился наземь. Но древко так и не отпустил… Пока ему, уже падающему, не прилетел второй удар. Медвежонок бил не так сильно, как его коллега по боевому безумию, но зато точно и под правильным углом. Хана локтевому суставу. И славному воину. Такое здесь не лечат.

Разъяренные смольняне подобного надругательства стерпеть не смогли и ломанулись на помощь соратнику.

Хороший у Дира голос. И авторитет тоже неплохой, поскольку смоленские витязи-мстители затормозили, не успев пересечь черту…

К немалому огорчению нашей команды.

Теперь стояли не только игроки, но и трое уважаемых судей.

Рюрик поднял руку, требуя тишины.

– Все по укладу! – объявил он. – Право защиты. Свияр был на чужой земле!

Ну да. Все как в жизни. Если вламываешься в чужой дом без силового превосходства, огребаешь сполна. Вот если бы Свияра забили до смерти, тогда, возможно, было бы разбирательство. Хотя не факт, что оно стало бы на сторону убитого. Или тех смоленских, что кинулись бы его защищать.

Допускаю, что они – прекрасные воины. Однако их осталось шестеро против восьми. И двое из этой восьмерки – берсерки. Так что еще раз мое уважение смоленскому князю. Спас он своих людей. Но вот надолго ли? Игра-то продолжается…

О! Замена. Но не игроков, а инвентаря. Пока с игрового поля уносили сомлевшего Свияра, его партнеры по команде сменили свои шесты на примерно такие же дубинки, что и у наших.

Пограничную черту опять сдвинули. Теперь наша территория где-то вдвое превышала вражескую.

Играй те полным составом, им стало бы тесновато.

А ход, кстати, за ними.

Мяч вручили светлобородому смольнянину с физиономией красной, как еще не завезенные с американского континента помидоры. Хитрить «помидор» не стал. Подбросил и зафигачил со всей дури. Дури у него было много. И целил он не куда-нибудь, а прямо в грудь стоящего напротив Оспака.

Промахнуться с пяти шагов в такую цель невозможно, Кличку свою Парус получил не зря.