Последняя база

- Вы решили всю жизнь провести в моей квартире?

- Не вижу смысла мозолить глаза окружающим, от этого может пострадать ваша репутация. А есть другое безопасное место? Этот ваш Бран Хэйл надежный человек?

- Был со мной на Нижней. При Константинах остался верен моей политике, и за это его оттуда вышибли.

- Вполне. Правда, кое в ком из его компании я сомневаюсь... особенно если дело примет серьезный оборот.

- Но ведь вы позаботитесь, чтобы этого не случилось, не правда ли?

Джессад медленно кивнул.

- И все-таки, господин Лукас, подумайте о документах.

- Что будет с моим сыном?

- Вас это тревожит? Мне показалось, вы не испытываете к нему особой любви.

- Недалеко отсюда находится корабль... из захваченных. Он зарегистрирован как собственность купеческой семьи Ольвигов. На самом деле он теперь военный. Все Ольвиги в кутузке, как и большая часть команды "Лебяжьего пера". "Молот", корабль Ольвигов, предупредит Пелл о приближении врага. Это случится довольно скоро, господин Лукас.

"Мой опыт..." Специально обученный человек. В голову Джона закралась жуткая мысль: Викинг разложен, Маринер взорван... все это сделано изнутри. Работа диверсантов. Находятся безумцы, уничтожающие станции и гибнущие сами... или успевающие сбежать. Он посмотрел в невыразительное лицо Джессада, в спокойные, даже слишком спокойные глаза и понял: точно, один из таких специалистов орудовал на Маринере. Потом внезапно появился Флот, и станция была намеренно уничтожена.

5. ПЕЛЛ: ЗОНА "К"; ОРАНЖЕВАЯ СЕКЦИЯ; ДЕВЯТЫЙ ЯРУС; 19:00

Посетители упорно дожидались приема. Очередь тянулась по главному коридору и заканчивалась в доке. Подперев ладонями голову, Василий Крессич проводил взглядом женщину, которую грубо выволок за дверь охранник. Она заявила об ограблении, обвинила одного из помощников Коледи, а потом учинила скандал.

У Василия болели спина и голова. Он ненавидел эти приемы, но тем не менее устраивал их раз в пять дней.

Он знал человека, названного женщиной. Скорее всего, она не солгала. Но единственное, о чем Василий мог попросить Нино Коледи, это позаботиться, чтобы ее больше не трогали. Надо же было додуматься обвинить в грабеже подручного Коледи. И эта бессмысленная истерика... не иначе бедняга свихнулась. И она не единственная.