Последняя база

Господин Сегюст Эйрис из Земной Компании.

- Из Совета безопасности, - поправил Эйрис.

Азов уселся за стол, а остальные расположились на скамьях вокруг него. Витторио опустился в кресло, не чувствуя пальцев, которыми опирался о поверхность стола. В мозгу у него, набегая и отступая, клубился алкогольный туман. Он старался держаться естественно. Эти люди пришли посмотреть на него... а он не способен ничего сделать ни для них, ни для кого бы то ни было. Балласт...

- Операция началась, господин Лукас, - сообщил Азов.

- Мы уничтожили два вражеских корабля и вызвали подкрепление. Не так-то просто выбить мациановцев из системы Пелла, они цепляются за станцию. Зато нам удалось выгнать большинство торговцев. Остались только станционные ближнерейсовики, они служат маскировкой.

- Чего вы от меня хотите? - спросил Витторио.

- Господин Лукас, какое-то время вы руководили "Лукас Компани" и, как я полагаю, знакомы с торговцами, базирующимися на станции Пелл.

Витторио понимающе кивнул.

- Господин Лукас, "Молот" возвращается в пределы слышимости Пелла.

При его контактах с торговцами роль комтеха будете исполнять вы. Но не под настоящим именем, а как член семьи "Молота". Постарайтесь как можно тщательнее изучить ее состав. Учтите: если у "Молота" возникнут проблемы с купеческой милицией или мациановцами, ваша жизнь будет зависеть от вашей изобретательности. Вы предложите торговцам, оставшимся при Флоте, удобный и надежный путь к спасению, то есть уйти из территориального пространства Пелла. Оставить Мациана без снабжения. Мы хотим, господин Лукас, чтобы эти торговцы не путались у нас под ногами, и нам будет крайне неудобно, если они узнают, как мы обошлись с "Молотом" и "Лебяжьим пером". Этого не должно произойти. Надеюсь, вы меня понимаете?

"Семьи с этих кораблей, - тоскливо подумал Витторио, - никогда не получат свободу... во всяком случае, без Урегулирования. А ведь моя память тоже опасна для униатов. Если им верить, насилием над нейтральными купцами грешат только мациановцы.

Азову, видите ли, будет крайне неудобно, если я расскажу всему миру, что он и его шайка не только захватывают корабли и целые экипажи, но и крадут имена... Да, кража имен - самое страшное преступление в глазах торговцев, которые больше всего на свете ценят свое достоинство". Он спохватился, что ощупывает пустой стакан, поставил его на стол и притворился трезвым и хладнокровным.

- Что ж, это совпадает с моими интересами, - согласился он.