Последняя база

- Все бросить и бежать? Думаешь, к этому идет?

- Дэймон, прикинь. Помощи от Земли никакой, одни соглядатаи. Компания озабочена только сокращением убытков и не собирается присылать нам подмогу. Мы вязнем все глубже. Мациан - это не вечно. Без верфей Маринера уже паршиво, а ведь скоро придет черед Викинга и всего, до чего дотянется лапа Унии. Флот отрезан от ресурсов, Земля уже отказала ему в поддержке... Короче говоря, у нас нет ничего, кроме пути для бегства.

- А Тыловые Звезды?.. Поговаривают, одну из этих станций можно открыть заново.

- Пустые мечты. Никогда этому не бывать. Даже если Флот решится... эта станция сразу превратится в мишень для Унии. Точь-в-точь как мы сейчас. И пусть я выгляжу эгоистом, но мне бы хотелось видеть своих детей подальше отсюда.

Лицо Дэймона стало белым как полотно.

- Нет. Категорически.

- Не надо жестов благородства. Для меня важнее твоя судьба, чем твоя помощь. Константинам будущее не сулит ничего хорошего. Если мы попадем в плен, то не избежим промывания мозгов.

Ты беспокоишься за этих преступников... подумай лучше о себе и об Элен. Разве ты не знаешь, что такое Уния? Куклы в кабинетах. Гомункулусы, заполонившие мир. Они распашут и застроят всю Нижнюю... Боже, храни низовиков! Я бы пошел на сотрудничество, да и ты - чтобы сберечь Пелл от худшей участи, - но с ними не так-то просто договориться. Я не хочу, чтобы ты попал к ним в руки. Мы - на мушке, я всю свою жизнь был мишенью, и поэтому едва ли можно осуждать меня за попытку спасти своих детей.

- Что сказал Эмилио?

- Мы еще не говорили.

- Нет, говорили. Он отказался. Так вот, я тоже не согласен.

- С тобой потолкует мать.

- Ты пришлешь ее ко мне?

Анджело нахмурился.

- Ты же знаешь, это невозможно.

- Да, знаю. Я не улечу, Эмилио тоже. А если он улетит, пускай это останется на его совести.

- Значит, тебе ничего не известно, - отрывисто произнес Анджело. Ладно, поговорим об этом позже.

- Нет! - отрезал Дэймон. - Если мы побежим, здесь поднимется паника, и ты это знаешь. И знаешь, к чему это приведет.

Сын был прав. Анджело понимал это.

- Нет. - Дэймон положил ладонь на запястье отца, поднялся и вышел.

Анджело остался сидеть, глядя на стену. Портреты - ряд трехмерных фигур... Алисия до несчастного случая, совсем молоденькая, и он сам. Дэймон и Эмилио - от младенчества и до совершеннолетия, до женитьбы. Он разглядывал эти фигуры и думал о предстоящих нелегких временах. Конечно, он сердился на своих мальчиков, - но и гордиться было чем.