Последняя база

Отсюда натянутость и раздражение по пустякам.

- Неужели тебя так волнует этот Толли?

Она медленно провела пальцами по его руке.

- Да нет. Но я по-прежнему не уверена, что знаю, о чем с ним говорить. Ни разу не сидела за столом с униатом.

Дэймон опустил руки, поглядел ей в глаза. Утомительные приготовления... и нервозность. Этого-то он и боялся.

- Элен, ты сама предложила. Я спрашивал тебя, стоит ли... Если тебе неловко...

- Он уже четвертый месяц бередит твою совесть. Не обращай на меня внимания, я просто слегка боюсь.

Подчеркнутая готовность идти навстречу - что это? Изъявление благодарности? Или способ показать, что она озабочена? Он вспомнил долгие вечера, когда они сидели в раздумьях за столом, он - в своем кресле, а она - в своем... У каждого собственный гнет: у нее - "Эстель", а у него судьбы приговоренных. В один из таких вечеров он рассказал ей про Толли, а она поведала о своей печали, и вот у нее появился шанс... да, такие жесты - как раз в духе Элен. Он не мог припомнить, делился ли когда-нибудь с ней своими нравственными мучениями; видимо, именно поэтому проблема Толли стала и ее проблемой, которую надо решить во что бы то ни стало.

- Не смотри на меня так. Говорю тебе, я немного трушу. О чем прикажешь с ним беседовать? О добрых старых временах? Господин Толли, мы с вами случайно не встречались? Может быть, в перестрелке? Или о моей семье? Как поживают ваши родственники, господин Толли? Или о больнице? Понравилось ли вам на Пелле, господин Толли?

- Ты спросил, я ответила.

- Хотел бы я знать, каково тебе.

- А тебе? Только честно.

- Неловко, - признался он, опершись о стол. - Но, Элен...

- Хочешь знать, что я чувствую? Тяжесть. Одну лишь тяжесть. Он придет сюда, и надо будет его развлекать. Если честно, я не представляю, как. Она повернулась к зеркалу и дернула поясок платья. - Надеюсь, он будет любезен и весел, и мы проведем приятный вечер.

Дэймон предвидел иное.

- Надо сходить за ним, - произнес он, - а то он так и будет ждать.

Ее взор просветлел.

- Там и встретимся. Я займу столик. Тут нет ничего, что не может полежать в холодильнике.

- Действуй. - Он поцеловал жену в ухо (оно было ближе всего) и, легонько шлепнув ее, в спешке вышел.

Толли вызвали через пульт на столе охраны, и вскоре он выскочил в коридор.