Последняя бригада

 — Направление — замок Шеневе. Занимаем там временную позицию.

Ребята переглянулись с радостным удивлением. Шеневе! Полевые маневры…

— Ну, пусть немцы только сунутся! — с энтузиазмом воскликнул Бебе.

— Уж мы их встретим как следует, мы-то это местечко знаем, — откликнулся Коллеве.

Даже Бруар засмеялся, ибо все были уверены: чтобы выиграть сражение, достаточно хорошо знать мелкие тропинки и расставить там засаду. Знание поля боя, как написано в учебнике.

—   Готовы? — скомандовал Сен-Тьерри.

—   Готовы! — ответили экипажи, подняв руки.

—   Удачи вам, дети мои! — крикнул капитан Декрест.

Парни опустили под кожаные околыши касок большие мотоциклетные очки, и бригада двинулась, как на учения. Только на этот раз лейтенант был впереди. Бобби ехал в последнем мотоцикле, с собакой на коленях.

На закате они въехали в парк Шеневе, свернули на песчаную дорогу и медленно покатили вдоль здания.

Когда заглушили последний мотор и ветер перестал свистеть в ушах, курсанты с удивлением обнаружили, как спокойно кругом.

Они еще не отошли от долгой езды, и их поразила звенящая тишина. В воздухе пахло скошенным сеном. Сквозь ветви тополей пробивались золотые лучи заходящего солнца. К большому белому замку, чуть позолоченному солнцем, поднималась лужайка с чуть пожелтевшей высокой травой. В парке было пусто, только из окна на втором этаже доносились женские голоса.

— Ламбрей, велите поставить мотоциклы под навес, — скомандовал Сен-Тьерри, махнув в сторону хозяйственных построек, и направился к подъезду.

На верхней площадке лестницы в четыре марша появилась женщина лет пятидесяти, высокая, худая, с убранными назад светлыми волосами.

— Что вам угодно, лейтенант? — спросила она.

Слегка поклонившись, Сен-Тьерри представился. Он, конечно, предпочел бы иметь дело с мужчиной.

—   Сожалею, мадам, но мой взвод получил приказ занять здесь позицию.

—   А-а! Прекрасно, — сказала она, и в ее глазах промелькнула тревога.

 — А что, лейтенант, вы полагаете… здесь будут сражения?

—   Полагаю, мадам. Это вопрос нескольких дней.

—   Боже мой! Думаете, они дойдут сюда? А где они теперь? У вас есть какие-нибудь новости? Я знаю, они вошли в Париж. Вы говорите, Дрё? Господи! Бедная наша страна. И вы считаете, что смогут…

—   Не стоит отчаиваться, мадам. Я твердо уверен, что мы остановим их у Луары.

—   Да, вы правы, надо надеяться. Какое несчастье.