Последняя из рода Ша"Ари!

Один из них маг - не из самых сильных - это Ша`Ари знал доподлинно, а второй - щуплый высокий мужчина с презрительной ухмылкой на покрытом оспинами лице, его шурин. Как называлось это родство здесь, на Рокно. Младший брат его жены. Его любимой микши. Его души и сердца! Теперь уже мертвого сердца, потому что ее сердце перестало биться час назад, он точно знал, потому что с дикой болью почувствовал, когда оно остановилось. Скользнув взглядом по мужчинам, он наконец увидел ее. Его микши лежала сломанной истерзанной куклой позади своих убийц.

К сожалению, она не обладала его неуязвимостью, его мощью и его бессмертием. Она была всего лишь человеком, и это сгубило их обоих. Они вычислили его слабое место и ударили по нему не сомневаясь. Родной младший брат, которого она так любила, убил за деньги, которыми владел Ша`Ари - ее муж и отец их ребенка. Он поднял лицо, застывшее в страшной маске горя, оторвавшись от прекрасных золотых локонов, разметавшихся по обожженной пожаром земле, и глухо спросил, обращаясь к Ниишту.

- За что ее-то? Неужели я мало тебе давал денег, власти? Она же твоя сестра?

Ниишту побледнел, сделал шаг назад, вставая чуть позади мага, и выкрикнул визгливым голосом:

- Меня заставили кредиторы! Я просил у тебя денег, но ты мне отказал. А раньше бросал деньги словно дворовой собаке. А кредиторы угрожают мне и моей семье, так что извини, Ривальс, но своя шкура дороже. Твой адвокат сказал, что после вашей с Ривой смерти все достанется Кнаре, а я как опекун смогу управлять всем ее наследством.

Так что радуйся - твой щенок останется живым. Пока она мне нужна, а там жизнь покажет.

Ша`Ари кинул быстрый взгляд в сторону сада и там на фоне горящих деревьев увидел клетку, в которой сидела маленькая сжавшаяся синеволосая девочка, словно затравленный зверек не спускающая синего заплаканного взгляда со своего отца и убийц матери. Малышке совсем недавно исполнилось восемь, и лишь пару месяцев назад состоялся ее первый оборот под тщательным присмотром счастливого отца, а сейчас весь ее мир рухнул в одночасье, сгорев в пламени чужой алчности и ненависти.

Ривальс больше не медлил, он не успел спасти свою жену, но плод их любви обязан спасти. Его прыжок был стремительным и неожиданным. Сразу двое мужчин, стоящих ближе всех, расстались со своими головами, дальше он уже не считал, рвал всех направо и налево.