Последняя из рода Ша"Ари!

Сайран, склонив голову набок, мрачно слушал ее рассказ, Кнара от усталости словно растеклась по креслу и наверняка бы сползла на пол, если бы не была пристегнута, но тут перед ней возникла фигура Раксана, от чего ей тут же пришлось в смущении прикрыть глаза, чтобы не уткнуться взглядом в его пах. Присев перед ней на корточки, он руками взял ее разбитые кровоточащие босые ноги и, погладив кожу на ступнях большими пальцами, тихо сказал:

- Не волнуйся, теперь все будет хорошо. Я обещаю.

- Прежде чем что-то ей обещать, сначала придется ей объяснить, что она потеряет! - вмешался Девор, добавив, - у нее должен быть выбор, Раксан, и я об этом позабочусь.

Серебристая голова резко мотнулась в сторону Девора, и голубые айсберги столкнулись в безмолвном состязании с золотым огнем. Кнара не знала о чем речь, но стало понятно - от нее что-то скрывают. Подтянула ноги под себя, зябко передернувшись, и это движение не прошло не замеченным. Раксан, предупреждающе рыкнув на Девора, резко встал, одновременно с этим отстегивая ремни и подхватывая Кнару на руки, и пошел к выходу из рубки.

За ними потрусил Тэуя. Девушка, не ожидавшая столь стремительного перемещения, в первый момент, испугавшись, обхватила мощную шею Раксана, прижалась к нему и почувствовала его горячее крепкое тело под своими руками. Ей было неловко в этой ситуации, но решила при всех лучше промолчать и не дергаться, да и сил уже не было. А через минуту, уже в коридоре корабля тихо произнесла:

- Раксан, я могу и сама ходить.

Мужчина взглядом выразил сомнение и ответил:

- У тебя изранены ноги, - затем склонился к ее ушку и прошептал, обдавая горячим дыханием и разгоняя кровь в теле, - а мне, приятно прикасаться к тебе, готов всю оставшуюся жизнь носить тебя на руках, сладкая моя.

Смущение накрыло ее с головой, а мужчина с большим удовольствием и интересом наблюдал за синеволосой девушкой, испытывал небывалый трепет и щемящую нежность, которые впервые почувствовал к женской особи. Вообще, подобные чувства были не в его характере, но как только он осознал там, в пещере, кто перед ним, удивился сам себе.

Сначала он списывал собственнические чувства по отношению к ней на отсутствие обычного общения - десять лет провел во втором облике. И хотя сущность одна, и ее ничем не исправить, но всё же этот ошейник сильно повлиял на него, а сейчас не только он, но и Девор с Сайраном ощущали, как их захлестывает волна неконтролируемых эмоций и чувств. Ведь все они десять лет словно спали, подавляемые силой ошейника.