Последняя из забытого рода 2. Права и обязанности

Воины, удивительно высокие для гномов, специально, что ли, их по росту отбирали там, выходили парами из ворот, заставляя желающих попасть в город срочно перемещаться на обочину, освобождая для сияющего воинства главную дорогу.

– Это же личная стража самого Правителя! – восхищённо пробормотал уважаемый Руфран, быстро забираясь ко мне на телегу, с целью расширения своего кругозора.

Ровно шестнадцать пар воинов вышло из ворот, слаженно грохнуло небольшими топорами в щиты, и так же слаженно, словно тренировались не один раз, разошлись в стороны, образовывая коридор, по которому уверенно шли Нортхэрд и гном, едва доходивший ему до плеча, то есть примерно моего роста, возможно, чуть ниже… А потом до меня дошло, кто именно идёт с гномом! Это же сам герцог Нортхэрд сейчас внимательно осматривает всех застывших в уважительной тишине присутствующих, явно кого-то выискивая своими ледяным взглядом! За какой бездной его принесло в Подгорное?!

– Смотрите, светлая леди, это же сам Правитель наш, Карий Рассудительный! Это ж чего такое произошло, что он лично к воротам вышел? – едва не закричал в полнейшем восторге уважаемый Руфран, а Эльта даже руки к груди прижала, во все глаза глядя на столь торжественный выход.

Мне тоже очень хотелось рассмотреть Кария Рассудительного во всех деталях, тем более что озвученное имя внушало уверенность в благоприятном исходе предстоящих переговоров… конечно, ещё лучше было бы, если Карий был бы Золотолюбящим или Монеткисчитающим, но «Рассудительный» тоже очень ничего, но настойчиво рыскающий взгляд зелёных глаз беловолосого демона заставил меня инстинктивно присесть, хорошо бы, вообще, среди корзин с рыбой затеряться, притворившись рецницей, той самой, которая тоскующая…

– Леди Эйшар! – шикнул на меня Рэдвел, напомнив мне, что я Эйшар, вообще-то, и ничего предосудительного я не сделала, чтобы прятаться от некоторых личностей, неизвестно каким образом оказавшихся в Подгорном.

Поэтому я вернулась в исходное положение, плечики расправила, подбородок вздёрнула, и ослепительной улыбкой, не уступающей яркостью отполированным доспехам гномьих стражников, встретила взгляд Тшерийского, да ещё и ручкой так небрежно махнула в знак приветствия.

Радостная улыбка тронула обычно пренебрежительно-недовольно сжатые губы Нортхэрда, даже его глаза вспыхнули каким-то радостным предвкушением… вот клянусь, даже со своего места рассмотрела… да и весь облик Тшерийского в целом был какой-то… радостный, а оттого странный и непривычный.