Последняя легенда

 – Разговоры длятся в среднем около минуты, а восемнадцатого июня так и все полторы. Как-то сомневаюсь я, что ты так долго слушал шумы на линии и ждал ответа или отбоя. Что-то тебе успевали сказать, а ты – выслушать.

Торжество во взгляде Савина вновь сменилось недоумением. Он нервно замотал головой.

– Нет-нет, тут какая-то ошибка! Восемнадцатого разговор длился не дольше десяти секунд! И то только потому, что я едва проснулся и медленно реагировал. В противном случае я и столько слушать бы не стал…

Он вдруг опять замер, глядя в одну точку, как будто сообразил что-то еще.

– Ты чего завис? – с подозрением, но без особого нажима спросил Соболев.

– В какие дни, говорите, были звонки? Восемнадцатого июня, вчера, а еще когда? Три звонка в июле?

– В первых числах, – подтвердил Карпатский. – И в первых числах июня был звонок, а до того – в мае, в апреле, марте…

Он снова показал распечатку Савину. Тот всмотрелся в даты, беззвучно шевеля губами.

– За все даты не поручусь, особенно весенние, – наконец медленно произнес он, – но вчера, в первых числах июля и восемнадцатого июня мне снились мои сны…

– Опять ты со своими… – начал было Соболев, но Карпатский жестом остановил его.

– Вчера мне приснился Кирилл Надежин с плеером в руках, – торопливо продолжил Савин. – В начале июля мне снились зеркала. А восемнадцатого июня мне снился ритуал с камнем, который в итоге провела Диана с Владом! Вы понимаете, что это значит?

– Пока не совсем, – признался Карпатский.

– Никаких пророческих снов я не вижу! Это все София и ее внушения! Она звонила и говорила, что мне нужно помнить, а я принимал это за воспоминания о настоящих снах…

– Это что-то вроде гипноза? – уточнил Карпатский.

– Разве человека можно загипнотизировать по телефону? – возмутился Соболев. – Слав, он нам лапшу на уши вешает!

– Ничего я не вешаю! Все зависит от внушаемости объекта, если она высокая, можно и по телефону. Но проще однажды загипнотизировать очно и внедрить в голову нечто вроде… переключателя.

– Ладно, предположим…

– Слав, ты что, ему веришь?

– Я сказал: предположим, – с нажимом повторил Карпатский. – Зачем это ей? Твои сны… точнее, то, что мы за них принимали, обычно содержали какие-то ключи, подсказки… Зачем Софии давать их тебе и, соответственно, нам?

– Быть может, это как с теми комнатами? – предположил Савин после паузы.