Последняя легенда

Окна гостиницы светились: лампы горели в коридорах на всех трех этажах. Однако, подъезжая к зданию, Карпатский обратил внимание на то, что с другой его стороны все окна были темны, не считая двух на первом этаже: свет ярко горел в кухне для персонала и тускло – в одной из комнат. Вероятно, Диана оставила включенной настольную лампу. Карпатский знал, что она так делает, потому что не любит входить в темное помещение.

А еще, пусть и неярко, но свет горел в ресторане, а через приоткрытое окно лилась бодрая музыка.

Людей сквозь окна не было видно, но они могли сидеть за одним из тех столиков, вид на которые перекрывали плотные шторы. Музыка позволяла надеяться и на вполне безобидное объяснение отсутствию ответа на звонки: возможно, все смартфоны лежат без присмотра и их сигналов просто не слышно.

Карпатский направился к главному входу, отчаянно надеясь, что дверь не заперта. Это, конечно, станет свидетельством крайней беспечности празднующих, но зато он сможет войти. Ведь вряд ли кто-то дежурит в холле, чтобы услышать его звонок.

На его счастье, дверь легко поддалась. Карпатский торопливо прошел по коридорам и стремительно ворвался в ресторан, сканируя взглядом помещение.

Музыка продолжала надрываться, один из больших столов был уставлен закусками, использованными тарелками и бокалами, здесь же лежали смартфоны, но никого из оставшихся на озере людей за ним не сидело. Пустовали и танцпол, и стойка бара.

– Диана! – позвал Карпатский, но сразу понял, что ни до кого не докричится, пока здесь так шумно.

Разобравшись, как выключить музыку, он сперва прислушался к воцарившейся тишине, но так и не услышал ни чьих-либо голосов, ни каких-либо еще звуков, способных указать направление.

– Диана! Юлия! Влад! Где вы все?!

Ему никто не ответил. На кухне тоже было пусто и тихо. Сердце тревожно забилось быстрее, и Карпатский пошел обратно. На столе лежало только семь смартфонов, и среди них он не заметил смартфона Дианы. Может быть, лампа в ее комнате горит, потому что она там?

В кармане у него все еще лежала ключ-карта, которую ему вручили накануне.

Карпатский не знал, какой доступ Юлия для него сделала. Она не упомянула, а он не спросил, только посмотрел номер комнаты, указанный на картонном конверте.

– Спасибо, Юлия Андреевна, – пробормотал Карпатский тихо, когда магнитный замок двери, закрывающей доступ в помещения для персонала, щелкнул, пуская его внутрь. – Диана!

И снова никто не ответил.