Последняя война

— Вы правы, доктор, — согласился Вас, нетерпеливо постукивая по полу кончиком хвоста. — Нам подходит не каждая клетка.

— Прошёл год, — сказала Снежина.

— И всё же мы не теряем надежды, — ответил Аро.

— Нам уже удавалось оживлять подопытных животных через несколько месяцев после их гибели, — дополнил Вас, — и сейчас мы продемонстрируем вам наше знание. К сожалению, в нашем распоряжении нет ни одного живого существа, которое можно было бы умертвить. Скажите, на вашем судне есть какие-нибудь животные?

Баков обернулся почему-то к Эмилии Кареновне.

— Эмилия Кареновна? — спросил он строго.

— У меня мышей нет, — сказала тётя Миля. — И быть не может.

— Говорила вам, возьмём кота, — напомнила Кирочка. — На «Кейптауне» ведь восемь котят. Любого отдавали.

— Мы этого опасались, — сказал корона Вас и обернулся к Аро. Он отключил лингвиста.

Разговор корон казался похожим на настройку симфонического оркестра — невозможно было уловить одну последовательную линию в разнотонных музыкальных звуках.

— Простите, — опять включился корона Аро.

— Мы обсуждали возможность временно убить одного из нас. Но оставшемуся вряд ли удастся справиться с аппаратурой.

— Ну что вы, — успокоил его Загребин. — Мы что-нибудь придумаем, вы уж не волнуйтесь.

— Як вашим услугам, — сказал Малыш.

— Не сходи с ума! — остановила его Кирочка.

— А почему и нет? Буду по крайней мере первым искусственно оживлённым человеком. Повесть потом напишу. «Полчаса на том свете».

— Нет-нет, — отказался Вас. — Мы не согласны. Так нельзя рисковать.

Тётя Миля вдруг спросила:

— А если мороженую курицу?

— Это такая птица, — разъяснил Бауэр. — Мы её употребляем в пищу.

— Только она потрошённая, — сказала тётя Миля.

— Очень хорошо, — сказал корона Вас.

Тётя Миля поспешила в кладовую.

— Придётся подождать, пока она согреется, — сказал корона Вас. — Это недолго.

— Мы подождём, — ответил Баков, и концы его пшеничных усов приподнялись.

Баков впервые летел старпомом и был подчёркнутым патриотом «Сегежи». Придирчиво следил за чистотой, здоровьем, образцовым состоянием экипажа и корабля.

За это Павлыш порой ворчал на старпома. «Завтра начнёт ставить пятёрки и двойки за чистоту в каютах, — жаловался он Снежине. — Или считать калории в супе». Тётя Миля называла его «наш с усами», она не любила, когда посторонние распоряжались на камбузе или в буфетной.

— Мы подождём, — повторил Баков.

Всё было в порядке. Мёртвое животное на корабле нашлось, потому что на образцовом корабле должно быть всё.