Последняя жизнь нечисти

Гворий и Шерьян были совсем рядом – через несколько секунд они увидят происходящее. Наверное, их близость поторопила незнакомца. Время послушно замедлило ход, когда ветвистая молния атакующих чар разорвала чернильный мрак. Удар сердца – позади слышится испуганный выкрик Шерьяна, который опередил Гвория всего на шаг и первым выбрался из лесной чащобы. Не знаю, каким чудом, но через миг меня окутала легчайшая дымка защитного заклинания. Демоны! Она все равно не спасет от прямого попадания чужого смертельного колдовства и лишь замедлит меня.

Ладно, рискнем. Браслет раскалился настолько, что завоняло горелой шерстью. И я ударила в ответ. Выложилась полностью.

Мои чары столкнулись с заклинанием противника ровно посередине между нами. Алый шар перечеркнул молнию, преграждая ей путь дальше. Я застонала, ощутив на нёбе вкус крови. Повеяло тяжелыми сладкими благовониями смерти, которая уже приближалась ко мне неторопливыми шагами. Ну уж нет, Госпожа, я не тороплюсь в твои объятия. Придется тебе подождать.

Когти пропороли влажную землю, когда я сжала лапы, отдавая даже то, чего у меня уже не было. И случилось невероятное. Молния, созданная незнакомцем, заалела, окрашиваясь в цвет моего колдовства. Еще одна томительная секунда, когда чары замерли над землей, словно раздумывая, к кому теперь направиться. У меня перед глазами стремительно темнело, предвещая скорый обморок. Но я еще держалась. Когтями и клыками цеплялась за ускользающее бытие. Ну же! И – о да! – общее заклинание убралось обратно в темноту.

Прочертило тьму, словно пылающий огненный метеор. Воздух разорвал не человеческий даже – звериный рык боли, который донесся из ночного леса. И я обмякла, позволив себе соскользнуть за грань сознания. Получилось!

Но на самой границе с блаженным покоем меня настиг искаженный мукой выкрик:

– Игра еще не закончена, кошка!

Я полулежала на кровати, подложив под спину подушки, и откровенно скучала. В моих покоях царил настоящий бедлам. Слишком много народа для такого маленького помещения.

Слишком много вопросов, восклицаний, ругательств. Могли бы пожалеть несчастную кошку, в очередной раз выскользнувшую из лап смерти.

Гворий и Шерьян соревновались в красноречии, возвышаясь по обе стороны от кровати.

– Ты хоть понимаешь, что могла погибнуть! – кричал в полный голос Гворий. Обычно невозмутимый полуэльф сейчас покраснел от негодования, зеленые глаза сверкали от бешенства, как у меня в момент гнева.