Последний билет в рай

А ты этого не узнаешь никогда! Хотя, может, и узнаешь… когда уже будет поздно.

Вскоре из «прослушки» зазвучал чей-то невнятный разговор. По отдельным фразам я догадалась, что речь идет об открытии какого-то гей-клуба. Оказывается, наш Суруляк и не думает падать духом. Он поглощен новой творческой идеей! Подыскивает подходящее помещение, ищет отделочников, мебель, что-то там еще… Молодец! Крепкий орешек! Только мы и не таких кололи.

Потом речь зашла о VIP-сауне и о любых видах эротического массажа. Нет, ну, точняк, творческая личность! Такого если не остановить – он весь город наводнит гей-клубами и VIP-саунами.

Посидев в машине еще какое-то время, я отправилась домой.

Павел позвонил, когда часы уже пробили шесть:

– Полина, я, наконец, освободился и могу подъехать к тебе.

Вскоре ультрамариновый «Фольксваген» уже сигналил возле наших ворот. Я к тому времени дожаривала пельмени в большой чугунной сковороде.

– Здравствуй, – шагнул Павел в открытую мною дверь.

– Здравствуй.

– Ты приготовила пельмени? Зачем?

– Голоден. Я вообще сегодня остался без обеда. Мотался весь день, как проклятый, перекусить было некогда.

– Ну, вот, сейчас и поужинаем пельменями…

– У меня есть предложение получше. Давай сходим в кафе. Я сегодня выиграл процесс и хочу отметить это событие. Ты не против?

Разве я могла быть против? Я только попросила дать мне десять минут на сборы – одеться, наложить на лицо минимум косметики и привести в порядок голову.

Через полчаса мы сидели в кафе «Восток-Запад». Сделали заказ и принялись обсуждать последние события. Павел рассказывал о своем суматошном дне:

– Где я сегодня только не был! В прокуратуре, в суде, в бюро судебно-психиатрической экспертизы, даже в тюрьме… Потом опять в суде… Потом на допросе… Карусель!

– А кого ты защищал?

– Парня одного. Он сирота, детдомовский. На него решили повесить преступление, которого он не совершал, а я помог ему оправдаться.

– Павел, а ты точно уверен, что он его не совершал?

– Точно. Я знаю, кто совершил то преступление. Сын богатенького папочки. Папа решил отмазать отпрыска…

Я внимательно слушала адвоката. Потом настала моя очередь хвалиться добытыми мною сведениями. Я рассказала, как подслушивала сегодня утром под окнами клуба.

– Представляешь, Павел, Суруляк-старший и не думает падать духом! Похоже, никакие киллеры ему не страшны.