Последний дубль

Тонкая, ядовито-багряная, чуть мерцающая струйка, стекающая из правого уголка рта, заворожила меня, вынудила склониться ниже.

Я чувствовал, как яростно забилось мое сердце, качая кровь в бешеном ритме, разгоняя лед в застывших жилах.

Удивительная картина.

Ее губы созданы для поцелуев. Я понял это, когда увидел девушку в клубе. Я еще не получал никакого задания. Тогда я даже имени ее не ведал. Зачем оно мне? Я просто наблюдал за ней, пока она танцевала.

Гибкая, грациозная, такая легко проникнет в те углы моего сознания, которые лучше никому не показывать.

Девушка была мертва совсем недолго.

Я хотел лечь рядом с ней. Если бы я прикоснулся к её коже, ощутил бы, как она холодеет. Я знал, что нельзя оставлять следов. Я был в перчатках, но это не меняло сути дела. Одно неосторожное движение — и ты на крючке.

Но я все равно не мог отказать себе в удовольствии. В моей жизни мало поводов для удовольствия.

Я смотрел на нее долго. Очень долго.

Ядовито-багряная струйка крови аккуратным шрамом ползла от уголка рта, стекала по щеке, запекалась, приобретая густой темный оттенок.

Я перевел взгляд, изучил грудь и живот, невольно поморщился.

Кровавое месиво. Уродливая, абсолютно бездарная работа. Около тридцати ударов ножом. Непрофессионально. Скорее всего, в состоянии аффекта.

Какой-нибудь ревнивый ухажер взбесился, решил отомстить. Или нет? Возможно, существовал иной мотив.

Я не должен был думать об этом. Я отступил в сторону и занялся обыском квартиры. Заказчик предполагал, что где-то здесь могли храниться важные для него документы.

Я методично осмотрел территорию и не обнаружил ничего интересного.

Я действовал как на автопилоте, мысли постоянно возвращались к тому, о чем явно не следовало рассуждать.

Кто посмел отнять жизнь у настолько идеального создания? Да еще и так глупо, по-варварски.

Я закончил, но уходить не спешил. Я вернулся в спальню, снова взглянул на мертвую девушку.

Я хотел ее запомнить.

Я представил, как она металась по комнате, открыла бутылку и пила прямо из горла.

Ей было страшно. Она затеяла опасную игру. Она понимала, что за ней придут. Не я, так другой. Предчувствие не утопишь ни в алкоголе, ни в сигаретном дыму.

Я опустился на колени и закрыл глаза.

Я представлял это задание как очередное чистое убийство.