Последний дубль

— Что ты сделал с игрушкой? — спрашивает она.

— С какой игрушкой? — демонстрирую легкое недоумение.

— С тем плюшевым мишкой, — поджимает губы. — Помнишь? Ника купила подарок.

— Я отдал его брату, — отвечаю ровно.

— Блин, странно, — хмурится. — День рождения Артура зимой. Я недавно выяснила.

— Понимаешь, я все чаще возвращаюсь к этому моменту.

— Просто такое совпадение. Маньяк опять сообщает про тот заказ, мол, Артур собирался убить Нику. А потом… сердечный приступ. Ну как ублюдок мог умереть от сердечного приступа?

— Видимо, здоровье подкачало.

— Но он умер сразу после допроса. Почти сразу. На следующий день.

Действительно случайность.

Я не успел до него добраться.

— Очень подозрительно, — качает головой. — Что, если он говорил правду? Что, если убийца Вероники до сих пор на свободе? Он признался в ста девятнадцати убийствах. Так зачем отрицать причастность к данному преступлению.

— Он хотел тебя зацепить, и ему удалось, — констатирую факт.

— Да, но вдруг там реально был компромат? Давай проверим.

— Собираешься разрезать игрушку? Что можно скрыть в том медведе?

— Карту памяти. Флешку. Я не знаю. Сама мысль сводит с ума. Понимаю, жесть. Только это реально не дает мне покоя.

— Хорошо, — киваю. — Я приму душ и отправимся.

Поднимаюсь, направляюсь в ванную комнату. Открываю горячую воду, затыкаю сливное отверстие. Склоняюсь над раковиной.

Я могу купить похожего медведя. Или даже подобрать идентичного. Я могу наплести брату всякой чепухи. После гибели Ники он пьет не просыхая, едва соображает.

Но кого я пытаюсь обмануть?

Я смотрю прямо в свое отражение.

Существует только один способ все исправить. Раз и навсегда. Вернуть прежний порядок вещей.

Но я должен вернуть контроль.

Видит бог, я пытался держаться от нее подальше. Я предоставил шефу разгромную характеристику, уверял, Святослава не годится для работы в прокуратуре. Однако ее родители дали взятку, и шеф наплевал на мое мнение.

Я не могу позволить себе такую слабость.

Я обязан ее устранить.

Я продумал план до мелочей. Никто ничего не заподозрит. Все будет выглядеть вполне логично. Закономерный исход.

Я улыбаюсь и ощущаю некоторое облегчение. Эмоциональный морок рассеивается, постепенно покидает мысли.

Я открою свою душу. Или что там у меня внутри?

Я отпускаю любимую женщину. К свету.

Я действительно обезумела, превратилась в истеричку. Не удается спокойно сомкнуть глаза, забыться.