Последний натиск на восток ч. 1 (СИ)

Скакать по пыльным дорогам с распущенными волосами или в головном платке было полнейшим безумием. Мария изменила фасон платья, сделав его уже в области груди и удлинив подол так, чтобы ноги, когда она сидит на своей лошади, были закрыты полностью. Это взбудоражило Новгород, породив множество слухов, сплетен и попыток подражать новой законодательнице стиля. Слово мода тут было неизвестно. Да оно вообще пока было неизвестно в этом мире. Одежду носили поколениями, а из моды она выходила ровно тогда, когда на ней не оставалось места для заплаток.

А теперь, оказывается, может быть одежда для различных событий, и состоятельные дамы из разных концов города, которые друг друга терпеть не могли, впервые объединились в едином порыве. Они люто, до зубовного скрежета возненавидели эту чужестранку, потому что, где бы она ни появлялась, головы всех мужиков поворачивались в ее сторону, словно флюгер под порывом ветра. Они не только возненавидели ее, но и решили переплюнуть, устроив негласное соревнование, которое дало местным портнихам вполне отчетливый намек на обеспеченную старость. Портнихи теперь только за то, чтобы взять в учение какую-нибудь девчушку, запрашивали немалые деньги. В общем, королева Бургундии произвела в этих землях полнейший фурор.

Вот и сейчас, вместо того, чтобы осматривать стройку, княжеская свита откровенно пялилась на королеву Марию. Бояре уставились на невиданный и неслыханный в это время вырез платья, подчеркивающий высокую упругую грудь и большой кулон, который висел на ее шее.

На королеве, в нарушение всех местных традиций, было очень мало украшений. А на шее — и вовсе одно единственное. Золотой кулон размером с рубль переливался на ее обнаженной груди, притягивая к себе всеобщие взгляды. Князь Самослав, изображенный на нем, выглядел, как живой, и даже его подбородок был гордо вздернут. Резчик уловил это движение и перенес его в негатив штемпеля, сумев сохранить харизму своего государя в металле.

— Ай да Хейно! — крякнул князь, который рассматривал свой собственный профиль, выбитый с необыкновенным искусством на металлическом кружке.

 — Подработку, значит, берет! Вот я ему устрою!

— Это штемпель новой монеты, государь, — улыбнулась Мария, вполне довольная произведенным ей впечатлением. — Мастер ни в чем не виноват. Он хочет представить вам свою новую работу, но все сомневается, достаточно ли она хороша. Это я от его матери, Батильды, узнала. И вот, решила ему помочь.