Последний натиск на восток ч. 1 (СИ)

Купцы из франков и словен лишали их последнего куска хлеба. И делали они это вопреки всем законам, божеским и человеческим.

Самослав сжал зубы, чтобы не выругаться. Это был нокаут. Он узнал слишком поздно о самоуправстве Марка и не успел запретить ему заниматься этим непотребством. Уж слишком далеко была столица ромеев, а у зятя купца Приска были весьма широкие полномочия. И вот теперь князя поймали на крючок и подсекли, словно рыбку, лишив аргументов в споре. Что уж говорить, этот раунд он проиграл вчистую.

— Мы всегда можем вернуться к первоначальным условиям, — сказал он с каменным лицом.

 — Мой человек будет вести дела так, как было договорено. А я забуду о том, что случилось. И даже не попрошу плату за кровь.

— Я думаю, это уже невозможно, ваша светлость, — со скорбным лицом ответил посол. — Чернь больше не потерпит преференций, выданных чужакам. Партия «зеленых» грозит бунтом.

— Император не может смирить свой собственный плебс? — презрительно сказал князь. — Пусть тогда почитает жизнеописание великого Юстиниана.

Он залил кровью Константинополь, когда «зеленые» восстали.

— Василевс Ираклий истинный христианин, — с достоинством ответил патрикий. — Он проливает кровь язычников в бою, и ему противно убивать своих подданных, словно скот. Он чтит заветы господа нашего. Лучше избежать пожара в своем доме, чем потом гасить его.

— Это все? — спросил Самослав. — Я уже понял, что мои купцы теперь должны платить все налоги в Империи. Ты можешь ехать назад, патрикий. Ты услышан.

— Но… но, ваша светлость, — патрикий растерялся.

 — У нас и мысли не было ссориться с вами. Мы рассчитываем, что торговля продолжится. Империи нужно ваше серебро, а вам — наши товары. И мы продолжим выплачивать двадцать тысяч солидов в год, чтобы всадники охраняли торговый путь во Фракии.

— Я тебя услышал, патрикий, — снова повторил князь. — Ты можешь ехать назад.

— Но что я передам своему государю? — на посла было жалко смотреть. — Вы согласны?

— Конечно же, нет, — ответил Самослав. — Я не согласен. Мои купцы больше не пойдут в Константинополь, а ромейские купцы не пройдут через мои земли.

Торговать будем здесь, в Белграде. И все пошлины будут платиться здесь. Можешь идти!

— Но, ваша светлость, — проблеял патрикий. — Некая госпожа Милица гостит у нашего повелителя. Это ваша мать… Может быть это…

— Да ты совсем страх потерял, ромей? — побагровел князь и заорал. — Стража, проводить посла до ворот! Чтобы духу его в моих землях не было! Он тут будет мне еще сказки рассказывать.