Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

Среди этих купцов каждый второй шпионил для короля Дагоберта, и с этим нужно было просто смириться. Сам торг находился в достаточном отдалении, а в Белый город посторонним ходу не было. Слухи, конечно, неслись, но понять, что это такое, никто из многочисленных лазутчиков так и не смог. На это и был весь расчет.

План Б, скрупулезно разработанный князем и командующим Деметрием, сработал. Франки с ревом вломились в каменный мешок, предвкушая резню и грабеж, но не тут-то было. Около тысячи человек набились в узкий рукав захаба, потрясая оружием, после чего на городских воротах с грохотом упала вниз железная решетка, прибивая острыми зубьями к земле тех, кому не посчастливилось попасть внутрь.

Или наоборот, все счастливцы остались снаружи, и теперь с ужасом смотрели на своих собратьев, попавших в подлую западню.

Со стен на франков обрушился ливень стрел. Мечущиеся в ужасе люди сбивали друг друга с ног, и топтали своих же товарищей. Щиты больше не могли никого спасти, ведь стрелы били со всех сторон, деловито, аккуратно и точно.

Так, словно словенские воины делали какую-то работу, скучную, но нужную. А гибнущие франки ничего не могли им сделать в ответ. Это было форменное избиение, почти что казнь. Не прошло и получаса, как пространство между ворот оказалось по пояс завалено мертвыми телами и стонущими ранеными, а княжеские воины в немалом изумлении смотрели на дело рук своих. Они себе такого и представить не могли.

— Куда же мы их всех денем, боярин? — выразил общую мысль сотник Милан, а Стоян растерянно посмотрел на него в ответ.

Об этом в плане князя ничего сказано не было.

— Может, все-таки перемирие объявим? — почесал он голову. — Вдруг заберут своих-то? Клятву на мече дадим, что стрелять не станем.

— Мертвых забирать не будем, — решительно сказал Дагоберт, лихорадочно поблескивая воспаленными глазами. С того штурма прошло уже два дня, и он не спал ни минуты, проводя время в одиночестве. К нему и не пускали никого. Король беспробудно пил и бил морды слугам.

И вот теперь он немного пришел в себя.

— Пусть у них там моровая язва начнется.

После такого удара король словно постарел лет на десять. Молодой, пышущий здоровьем мужчина осунулся, а около углов рта залегли горькие складки. Он крепился изо всех сил, кожей ощущая недобрые взгляды своих воинов. Король у франков — это вождь. А если он потерял воинскую удачу, значит, неугоден такой вождь старым богам. Так думали многие, даже те, кто регулярно ходил в церковь.