Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

И тут, как гром среди ясного неба, в Марселе причалил быстроходный ромейский дромон, с которого спустилась королева Клотильда, на руках которой мирно посапывал юный король Хильдеберт IV, и это сразу расставило все на свои места. Весь Марсель вывалил на улицу и пошел к порту, чтобы узреть настоящее чудо. Горожане стояли на коленях вдоль дороги и протягивали свои руки. Многие из них плакали от счастья. Они кричали.

— Благослови, добрый король!

— Ты вернулся! Мы Бога молили за тебя!

— Мы ждали тебя, король!

— Мы уже освободили ваш старый дворец, королева, — патриций Виллебад почтительно ехал рядом с каретой, из которой выглядывала усталая Клотильда.

Она махала рукой горожанам. Он спросил у нее. — Разогнать эту чернь?

— Ни в коем случае, — помотала головой Клотильда. — Скажи им, пусть приходят к дворцу завтра. Король даст свое благословение каждому.

— Они разнесут весь город, — удивленно посмотрел на нее Виллебад и добавил, подумав. — Я велю им приходить улицами.

Виллебад повернул голову влево и обомлел.

По спине патриция потекла предательская струйка холодного пота. Прямо на него смотрел тот самый молодой мужчина с короткой бородкой, и приветливо махал ему рукой. Два знакомых до дрожи в коленях душегуба стояли по сторонам от него, и на их мрачных лицах была написана ленивая скука. Их явно тяготила окружающая суета. Патриций все понял правильно. Сегодня ему предстоит очень серьезный разговор. И Виллебад, родовитейший аристократ Бургундии, приветливо оскалился посланнику князя. Тот перестал улыбаться и серьезно кивнул головой. Он придет сегодня. Он передаст волю своего князя этим людям, и теперь для этого не придется никого будить ночью и запугивать. Можно просто постучать в дверь, и никто не посмеет оставить эту дверь закрытой. Слишком многое теперь изменилось. Вацлав повернулся и пошел восвояси. Его тоже угнетала суета и вонь здешней толпы. Он придет в старый дворец после заката, и его примут там, как подобает. Он прочел это в испуганных глазах патриция Виллебада.

— Иду под руку твою, князь! — Дерван, рослый мужик лет сорока склонил шею, украшенную золотым обручем. — И народ сербов тоже идет.

— И я иду! — склонил голову Валлук, ровесник князя, крепкий брюнет в плаще из волчьей шкуры. — Город Крн и хорутане из-за гор готовы твою власть принять. Без тебя быть нам рабами у германцев и обров. Не хотим себе такой судьбы.

— Принимаю вас под свою руку, — кивнул Самослав и поднялся с резного кресла.