Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

Мне нужно расчесать волосы. И скажи, чтобы накрывали стол. Я скоро выйду.

Самослав зашел в небольшую уютную горницу, где служанки, привезенные Марией из Бургундии, заметались, как угорелые. В мгновение ока на столе была расстелена скатерть, еще через мгновение перед князем поставили бутыль и кубок, а еще через два удара сердца с кухни принесли холодные закуски. Впрочем, в этом ничего удивительного не было, князя сегодня ждали. Потому-то с кухни доносились умопомрачительные запахи курицы, начиненной ароматными травами из Прованса.

Там, на юге Галлии, их знали бесчисленное множество и выращивали с римских времен.

— Само! — обворожительно улыбнулась Мария минут через пятнадцать, когда служанки закончили свои хлопоты с ней. Она успела переодеться, а ее волосы были украшены золотым обручем с камнями. На обнаженной груди королевы тускло сиял кулон с выбитым профилем того, кто сидел сейчас перед ней. — Здравствуй! Как прошел твой день?

Князь вздрогнул и поднял на нее недоумевающий взгляд. Он никогда и ничего подобного не слышал здесь.

В этой эпохе женщины не задавали мужьям таких вопросов. Это было просто немыслимо. У женщин был свой круг интересов, и они почти не пересекались с делами мужей. Эта фраза была до боли знакома ему по прошлой жизни. ТАМ он слышал ее часто.

— Ты действительно хочешь это знать? — испытующе посмотрел на нее Самослав.

— Конечно, — уверенно сказала Мария. — Ведь твоя жизнь — это и моя жизнь тоже.

— Тогда слушай, — усмехнулся Самослав. — Сегодня я заседал с боярами, в последний раз перед войной.

Осталось совсем немного, и каждый из них должен знать совершенно точно, что он будет делать через шесть недель, когда сюда придут франки. После Мартовского Поля Дагоберт двинет свои войска на наши земли. С ним пойдут алеманны, бавары и тюринги. С юга через Альпы на наши земли двинутся лангобарды. Большая часть герцогов придет во главе с королем Ариоальдом. Возможны нападения словен с севера, лютичей и бодричей. Тебе придется уехать на восток, в Братиславу, и укрыться там, пока все не закончится. Война будет тяжелой и меня, возможно, убьют. Ты довольна? Я не слишком испортил твой ужин?

— И ничего ты мне не испортил. Это все я и так прекрасно знаю, — спокойно ответила Мария, которая не изменилась в лице. — Но ты кое в чем ошибаешься. Ты не погибнешь, если только не совершишь какую-нибудь глупость, как мой невероятно отважный, а потому покойный муженек. Ты умен, а значит, останешься жив. Теперь о важном.