Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

Я просто перестал понимать этих людей, а ведь я знаю их очень давно. Они ведут себя по-другому, они говорят по-другому… И они выглядят так, словно знают нечто, что недоступно остальным. А еще они отпускают на волю своих рабов, если те принимают новую веру.

— Но ведь рабы стоят денег! — удивился Стефан. — Они отпускают старых и больных рабов? Я правильно тебя понимаю?

— Нет! — покачал головой Ицхак. — Они отпускают молодых и сильных. Тесть пророка Абу Бакр растратил почти все свое состояние, выкупая рабов и отпуская их на волю.

А ведь я хорошо знаю его род Бану Таим. Моя семья торгует с ними уже лет четыреста. Это очень зубастые парни, и я не представляю, что поселилось у них в головах, если они начали пускать деньги на ветер. Я начинаю бояться их, Стефан. Я всегда боюсь того, чего не понимаю. Почти вся Аравия зажата в одном кулаке, а ведь такого не бывало от начала времен. Не к добру это. Я чую большую кровь.

— Ты правильно беспокоишься, почтенный Ицхак, — кивнул Стефан, шумно отхлебывая из кубка.

Его тело опутал легкий шлейф истомы, присущий хорошему вину. — Будет большая война. Озаботься тем, чтобы спрятать свои деньги как следует. Восток и Египет могут не устоять.

— И Египет тоже? — нахмурился Ицхак. — Скверно. Хотя, чему я удивляюсь? У меня же родня в Александрии. Тамошние христиане ненавидят константинопольских попов больше даже, чем нас, иудеев. Епископ Александрии Кир — просто зверь лютый. Его слуги пытками заставляют людей отрекаться от их веры.

Воины без суда убивают священников — монофизитов там, где найдут. Убивают даже тех, на кого донесли, что они священники. Александрийский патриарх Вениамин скрывается в пустыне, ему вынесен смертный приговор. Страшные времена наступают, Стефан.

— Сейчас не так много безопасных мест, Ицхак, — пожал плечами Стефан. — Таким, как ты, приходится договариваться с любыми правителями. Деньги. Они все решают. Я думаю, кто бы ни правил Востоком, он не станет резать курицу, которая несет золотые яйца.

— Несет золотые яйца? — Ицхак улыбнулся в первый раз за весь разговор. — Неплохо сказано! Надо запомнить. А ведь и, впрямь, мы несем яйца из чистого золота, а этого никто не ценит. Даже этот жадный шакал, наш проконсул… — Ицхак посмотрел на Стефана с надеждой. — Думаешь, удастся договориться?

— Не знаю, — задумался Стефан. — Я еще не разобрался в местной жизни. Ты не планируешь поехать в Аравию?

— Поеду скоро, — кивнул Ицхак.