Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

— Будем считать, что мы договорились. Мне осталось всего лишь убедить тебя, — Самослав встал с пенька, отряхнув штаны. — Ты отлежишься немного, а потом отправишься домой, Радульф. Я слышал о тебе, и ты, по слухам, весьма неглуп, а твой отец очень богат и влиятелен. Жди от меня вестей и береги здоровье. Оно тебе еще пригодится.

Князь достал деревянную пластину со знаком звезды.

— Тот, кто придет от меня, покажет вот это. Он скажет, что нужно будет делать дальше. И упаси тебя твой распятый бог, если ты нарушишь нашу с тобой договоренность.

Ты даже пожалеть об этом не успеешь, будущий король.

1 Камерарий — казначей, хранитель королевской сокровищницы.

— Дева Мария, помилуй нас! — герцоги лангобардов, задрав головы, рассматривали крепость, стоящую на отвесном холме.

Каменный пояс был неприступен сам по себе, но высокая круча, на который стоял город, делал мысль о штурме и вовсе немыслимой. Узкая дорога, петляющая под прицелом двух воротных башен, упиралась в небольшие ворота, окованные полосами железа.

На стенах стояли воины, которые выглядывали между зубцов и, тыча пальцами в германцев, довольно гоготали. И чего бы им не гоготать, ведь никто в здравом уме на эти стены не полезет. Войско лангобардов сядет в осаду, и сядет надолго.

— Слышь, Ариперт, — Ротари, герцог Брешии, ткнул локтем правителя Асти. — Я туда не пойду. Я там все войско оставлю. А ты?

— Нашел дурака, — сплюнул в траву Ариперт. — Обложим их, и делу конец. Я слышал, там столько золота лежит, что и десять лет просидеть не жалко.

Я у себя несколько купчишек тряхнул, так представляешь, эти сволочи все свои деньги тут хранят, да еще и приплачивают за это. Они теперь деньги какими-то свитками друг другу пересылают. Для своего герцога денег пожалели. Ну, не скоты ли? Кстати, а что тут со жратвой?

— Да пусто, — расстроенно ответил Ротари. — Венды все в округе пожгли. У меня позавчера отряд в три десятка воинов ушел еду искать, так едва половина назад вернулась, их из кустов побили.

— Царствие им небесное, — перекрестился Ариперт.

 — Похоронили хоть?

— Ага, похоронили, — зло ответил Ротари. — Только без голов.

— Как это? — раскрыл рот Ариперт.

— А так, венды нашим убитым головы режут, зверье поганое!

Пепел сожженного посада уже почти разметал ветер, но земля несла на себе раны черных проплешин там, где еще недавно стояли дома. Запах гари забивал горло, от него воинов бил надсадный кашель, а потому свой лагерь германцы отодвинули подальше.