Последний Паладин. Том 3 (СИ)

К двадцати пяти уровень обращения со Стихией Воды Амелии возрос настолько, что она играючи могла контролировать свойства неограниченного объема воды рядом с собой и ее признали гением.

Однако была у Амелии одна слабость. И тянулась она с самого детства.

Девушку пугали мужчины. Амелия и сама не могла понять, как давно это началось и что тому стало причиной. Но чем дольше она думала об этом, тем больше понимала, что с самого детства ее окружают лишь женщины.

Отец рано погиб. Брат стал Князем и у него не было на нее времени.

У девочки была только мама и многочисленные няни-учителя, а потом Амелию отдали во внутриклановую школу для девочек, где окончательно сформировался круг ее общения на долгие годы вперед.

В юном даровании видели совершенный пример, и каждый Род в Клане Воды мечтал приблизить к Амелии свою дочку, а вот сыновей, напротив, подпускать боялись.

Амелия слишком быстро стала сокровищем и достоянием Клана и вместо одного старшего брата ее незримо «защищали» от любого мужского внимания всем Кланом и у девушки просто не было шанса научиться общаться с противоположным полом.

Поначалу Амелия считала это проблемой, но все попадающиеся ей на пути мужчины оказывались скучными и безынтересными слабаками и она смирилась, что подходящего для нее просто не существует.

Но все изменилось, когда она встретила его.

Три дня девушка не могла унять дрожь в теле после встречи с грязным, измазанным в крови тварей неотесанным варваром.

Мысли путались, контроль ослаб, дар не слушался.

Амелия обошла всех лекарей, перепробовала все, что можно и даже покинула передний край, чтобы пройти курс восстановления в столице и привести мысли в порядок, но потом она встретила его еще раз и поняла, что эту «болезнь» излечить будет куда труднее, чем Амелия рассчитывала.

— Добрый вечер, Маркус, — встретил меня мужчина в дорогом кимоно с родовыми гербами на плечах в виде раскрытой пасти дракона.

Темно-синие волосы, уверенный низкий голос и спокойный мудрый взгляд.

На вечеринке в Южном Пантеоне нам так и не довелось нормально поговорить с этим человеком, но он и сам, честно говоря, не выражал особенного желания и ограничился лишь приглашением.

Несмотря на возраст «слегка за двадцать пять», Вадим Юрьевич Озерецкий оставлял впечатление зрелого и умудренного богатым жизненным опытом человека.

Хотя при неограниченном доступе к целебным источникам, ему вполне может быть и тридцать, и даже сорок лет.