Последний Паладин. Том 5 (СИ)

Подержав папку в руке чуть дольше положенного, Горемыка точечно обратил в прах два сложенных отдельно самых важных листа личных заметок и сохраняя невозмутимое лицо, постучал папкой по столу, ловко стряхнув пепел.

Все данные оттуда Горемыка и так помнил, а в электронную базу не вносил. Ни к чему это знать Стратову. Тем более что никаких подтверждений догадкам майора не было.

— Что-то не так, товарищ майор? — заметив заминку с передачей папки, обманчиво вежливо спросил старший лейтенант, — полковник Стратов полагал, что вы будете рады избавиться от головной боли в виде этого проблемного подопечного.

— Я не считаю, что это были ошибки, — передав папку, уверенным голосом заявил майор, — настоящему Стражу полагается быть смелым, уверенным и инициативным. Это сильные качества, которые следует поощрять и направить в нужное русло.

— А вот это теперь не вам решать, товарищ майор, — кивнул старший лейтенант и, откланявшись, покинул кабинет.

Увидев за окном выкрашенный в цвет морской волны танк, я задвинул шторку и осмотрелся в номере еще раз.

Мой взгляд скользнул по восточному интерьеру, превалирующим синим оттенкам и остановился на лежащем под ногами полотенцем, на оборотной стороне которого был вышит герб Клана Воды.

В принципе, я и по ночному поведению Амелии мог все понять.

Девушка провела нас в здание через черный ход и настаивала, чтобы никто из персонала нас не увидел. Да и бани в номерах, опять же… мог бы еще ночью догадаться, кому принадлежит отель, но я поддался отпускному настроению и как-то не заморачивался.

Хотя это не объясняет, нахрена они пригнали танк и развели суету во внутреннем дворе.

Нас же никто не видел.

Или они тут камеры понаставили, извращенцы? — подумалось мне, но нет. Никаких признаков слежки вокруг не было, да и проверял я ночью безопасность места, где собираюсь спать.

Впрочем, может, они каждое утро проводят на танках катаясь. Кто их знает этих водников. Я вот по утрам тоже иногда злой бываю, особенно если мне поспать не дали.

С этой мыслью я глянул на время.

Часы показывали полдень, или как это время называют у нас в теневом квартале: глубокая ночь.

До отправления поезда еще три часа.

Мои сложные подсчеты прервал стук в дверь.