Последний парад

Повернулся к тебе и добавил: «Помни о главном — для чего ты живешь на земле — и тогда не будешь бояться. А мы вернемся». И ушел.

Бачулис замолчал. В комнате наступила тишина. Было слышно, как Даля тяжело вздохнула, потом папа закашлялся. Часы проворчали и ударили два раза.

— Как поздно, — сказала Даля. — Стоит ли дальше рассказывать? Мы устали, а ночью все кажется еще страшнее.

— Страшнее, чем было, уже не будет, — ответил папа.

— Тем более, — сказала Даля. — Только мучаем себя. Миколас, пойдем.

— Да, да, — из темноты отозвался Бачулис.

И тут я не выдержала и выдала себя, даже не поняла, как это у меня выскочило, но, прежде чем Бачулис и Даля подошли к двери, я успела крикнуть:

— Ну вот! — сказала Даля. — Я так и знала, что вы ее разбудите!

— Ничего, — сказал папа. — Она приехала сюда не спать.

— Вам виднее, она ваша дочь, — сказала Даля. — Но Юстику надо спать. Мы так шумим, что и его разбудим.

— Когда нам было по стольку лет, — ответил папа, — нам пришлось потруднее.

— Ну, знаете!.. — возмутилась Даля.

— Говори, говори, Танюша, — попросил папа.

— И теперь он живет где-нибудь среди нас, — сказала я.

— Таня, — сказала Даля, обращаясь ко мне, — я хочу, чтобы ты меня правильно поняла. Ты хочешь найти того, кого нет. — Она говорила как учительница, четко выговаривая слова. — Ты произносишь слово «предатель», не понимая, что вызываешь этим у своего отца и у нас воспоминания, которые ничего, кроме страданий, нам принести не могут.

— Нет, — сказала я, — я понимаю.

Бачулис вышел из комнаты.

— Все равно для тебя это игра, — сказала Даля. — Чтобы представить это, надо пережить.

— Нет, не игра, — сказал папа. — Это долг памяти. Возвращение наших… И отца, и Марты, и Эмильки… Если мы не хотим этого делать, то пусть сделает она. — Он сделал ударение на слове «мы». Конечно, намекал на Бачулиса и на Далю, на то, что они избегают разговора о прошлом.

— Ну хорошо, — согласилась Даля. — Вас не переспоришь. Мы идем спать. — Потом повернулась ко мне и сказала: — Скорее всего их предали Хельмут и Грёлих.

— А дедушку? — спросила я.

Даля ничего не ответила и ушла.

А мы с папой еще долго сидели, иногда перекидываясь словами. И вспоминали почему-то бабушку и маму и как мы в прошлом году ездили к Черному морю, хотя думали все время совсем о другом.

Первый рассказ Бачулиса

Из-за двери по-прежнему доносились шаги Телешова. Когда же он угомонится и ляжет спать?

Телешов. Сам Телешов.