Последний резерв

Преступление налицо. Свидетелей хоть отбавляй. Никто не захотел вникнуть в суть дела. Разобраться.

Так Алешкин в одночасье стал преступником, попавшим под статью «за особо тяжкие преступления»…

Семья Алешкиных давно обосновалась на Мронии, планете аграрного типа, если судить по классификации Каталога заселенных миров Содружества. За год на ней успевали собрать до шести урожаев. Среднегодовая температура колебалась в пределах 23–26 градусов по Цельсию и идеально подходила под выращивание сельскохозяйственных культур.

И хотя недра не баловали людей полезными ископаемыми, никто не жаловался на жизнь.

Предпочтение отдавали пачуа розовой. Свое название растение получило за цвет. Ярко-розовый стебель, розовые листья; сок, выступающий на линии среза, тоже был розовый. С высоты птичьего полета аккуратные розовые квадраты делянок прорезались темными просеками, которые оставляли за собой уборочные комбайны. Затем заполненные под завязку короба с растениями приземистые вездеходы доставят на пункты сбора и переработки сырья.

Но это уже сфера, полностью относящаяся к прерогативе правительства планеты. На монополию власти никто не роптал. Все равно основной доход от торговли шел на общие нужды колонии. Исключение составляли строго фиксированные выплаты фермерам — владельцам плантаций, прямо пропорциональные собранным центнерам. Пока стрелка благополучия всех занятых в аграрном секторе планеты неизменно показывала «хорошо» и «очень хорошо». Разницу можно было почувствовать, проверив банковский счет или сравнив котировки продажи сырья на внешних рынках.

Растению идеально подходил местный климат. Его можно было собирать на разных стадиях созревания. Молодые побеги использовали в парфюмерии для производства кремов, омолаживающих кожу. Быстрая ликвидация сеточки морщин вокруг глаз высоко ценилась женщинами бальзаковского возраста. Подросшую пачуа розовую на корню скупали фармацевтические компании, специализировавшиеся на лекарствах от бесплодия и таблетках, снижающих последствия радиационного облучения.

Семена взрослых растений были незаменимы в кондитерском деле. Пирожные «Императорские» и одноименные конфеты были обязаны своим неповторимым вкусом невзрачным зернышкам из плодов растения. Синтезировать необходимый компонент для сладкой промышленности было дороже, чем закупать созревшие семена.

Если спрос в одной области падал, всегда можно было продать собранный урожай другим. Колебания на общепланетном рынке никак не сказывались на благосостоянии колонистов.