Последний срок

Щелкнул спусковой механизм, и Харди дернулся, как если бы в него попала пуля. Но выстрела не произошло – в патроннике не было патрона. Босх еще в спальне разрядил оружие.

Гарри кивнул – оказывается, этот тип ничего не понял: ни один полицейский не стал бы у него на глазах передергивать затвор, потому что ни один полицейский не носит пистолет с пустым патронником. И уж конечно, не в Лос-Анджелесе, где две секунды, которые уйдут на передергивание затвора, могут стоить жизни. А то, что разыграл перед ним детектив, было представлением.

Босх заранее подготовился к спектаклю.

Он перевернул Харди, положил пистолет ему на спину и достал из кармана пиджака два шнура. Один накинул на лодыжки убийцы и крепко стянул их, другим, чтобы снять наручники, связал запястья. Босх знал, что не он будет сопровождать Харди в тюрьму, и не хотел терять наручники.

Гарри прицепил наручники на ремень. Затем выгреб из кармана пригоршню патронов, отсоединил от пистолета пустую обойму и начал заряжать.

Когда магазин был полон, он вставил его на место и, прежде чем вернуть оружие в кобуру, загнал патрон в патронник.

– Всегда держу патрон в патроннике, – сказал он Харди.

Открылась дверь, вернулся с ноутбуком Чу. Взглянул на напарника и распростертого на полу убийцу. Он не догадывался, какой спектакль только что разыграл Гарри.

– Да. Присмотри за ним. Проследи, чтобы никуда не упрыгал.

Босх вышел по коридору на кухню и, как обещал Харди, нашел на столе ключи.

Вернувшись, он огляделся, размышляя, как поступить с задержанным, чтобы он никуда не делся, пока они с Чу обсудят на улице дальнейшие действия. Несколько месяцев назад в управлении рассказывали удивительную историю о подозреваемом в ограблении, который превратился в кенгуру. Полицейские, связав ему лодыжки и запястья, оставили на полу в банке, а сами отправились искать его сообщника, который, как они полагали, тоже находился в здании. Через пятнадцать минут патрульные другого спешащего на место происшествия экипажа увидели в трех кварталах от банка скачущего по улице человека.

Наконец Босха осенило.

– Бери диван за конец, – сказал он Чу.

– Что мы будем с ним делать?

Они поставили диван на передние ножки, а затем накрыли им Харди. Теперь со связанными руками и ногами ему вряд ли удалось бы встать.

– Что такое? Что вы делаете? – запротестовал убийца.

– Лежи и не рыпайся, – отрезал Босх. – Мы не надолго.