– Однако, произнеся эти слова, все же поднялся и пересел.
Богданов проводил его взглядом:
– Это еще не все.
– Чего тебе еще, черт побери! – воскликнул Денис Андреевич.
– Прошу вас выйти из кабинета.
– Не зарывайся, сопляк!
– Не мешайте проведению следственных действий, – предупредил его следователь.
Тяжело поднявшись, Тягачев вышел из кабинета и хлопнул дверью. Стоявшая до этих пор Ульяна устроилась на его месте.
Богданов поменял местами бронзовую птичку и пресс-папье, положил перед собой чистый лист и взглянул на неизвестного гражданина в сером костюме:
– Кто вы?
Тот встрепенулся, и его лицо приобрело официальное выражение:
– Аксенов Леонид Семенович, адвокат, представляю интересы моего клиента.
Следователь перевел взгляд на Александра Ивановича, который сидел понурившись и безразлично глядел в стену.
– Вы нарушили предписание не покидать своего номера. Почему?
Чуть пошевелившись, тот заговорил:
– Психанул. Или, если хотите, струсил.
В разговор вмешался адвокат:
– На этот счет у моего клиента есть уважительная причина.
– Аксенов вытащил из папки бумагу и протянул ее следователю. – Александр Иванович был в Москве на приеме у кардиолога. Вот подтверждающий документ.
– Подсуетились… – понимающе усмехнулся следователь и начал расписывать ручку на огрызке бумаги. – Приступим к снятию показаний."
"Аксенов деловито выложил на стол документы. Ульяна придвинулась поближе к столу, чтобы видеть лица всех троих мужчин. Адвокат не вызывал у нее никаких эмоций, как будто его не было.
Но это подтверждало лишь то, что он хороший профессионал.
– Знали, что ваша жена хотела развода? – спросил наконец Богданов.
– Нет. – Гуров отрицательно качнул головой. – Она никогда об этом не говорила.
– Выходит, это известие было для вас неожиданным?
– Абсолютно. Мы не жили душа в душу, но чтобы разводиться… Такого не планировали.
– Прошу не фиксировать слова моего клиента в той части, что они с женой не жили душа в душу. Александр Иванович перенес непоправимую утрату и не полностью себя контролирует.
– Заткнись, Леха! – приказал ему Гуров. – Я в полном порядке. Все знают, что мы с Леной жили как кошка с собакой. Но никто не может сказать, что я хотел ее смерти.
– Значит, по-вашему, у Елены Петровны не было оснований подать на развод? – уточнил Богданов.
– Были. – Гуров виновато потупился. – Но она бы не подала.
– Факт остается фактом.
– Мы с ней любили друг друга. Но каждый любил по-своему.
