А «апельсинчики», с привычной им безбашенной храбростью, начали закидывать стрелами огненный шар, по пятам следовавший за беглецами.
— У! Уху! — самый главный остановился рядом с Игорем. — Ты куда так спешишь? Что за кошмар там в небе?
— Где самый умный⁈ — не став тратить времени на ответы, рявкнул Игорь.
— Тут я! — из-за спин молодых вырулил Мильтраниспиршори.
— Мил! — обрадовался Игорь, пытаясь отдышаться.
— Этот человек сошёл с ума? — тяжело дыша, повернулся к фолькам Бизон. — Ребята, двиньте ему чем-нибудь по голове, а!
— Он наниматель! Уху! — отозвался Мильтраниспиршори.
— По голове нельзя!
— Мил! — Игорь вытащил помятую коробку из-под мышки и торопливо протянул фольку: — Бери! Это вам!
— Смертный! Хаос тебя дери! Не смей, гад!.. — загремел голос из шара, который, правда, отчего-то перестал плеваться огнём. — Найду и руки оторву!
— Какой знакомый голос… — тихо проговорил Мильтраниспиршори и посмотрел на коробку. — Покажи-ка дно, Игорь, сын Алексея Калинина!.
.
Игорь перевернул коробку, придерживая крышку рукой, и внутри что-то загремело. На обратной стороне коробки он с огромным удивлением обнаружил изображение двух серебристых рук, которые будто пытались показать, что всё «ОК», соединяясь при этом большими и указательными пальцами в звенья цепи.
— Вот оно что… — пробормотал самый умный.
— Что там? Уху! — поинтересовался самый главный и немедленно получил по затылку от Мильтраниспиршори:
— Руки убрал! Дурак!
— Убрал-убрал! — сразу же ответил тот.
— Мильтраниспиршори! Не смей трогать коробку! — требовательно прогудел шар. — Прокляну!
— Да пошёл ты! — обиженно заявил фольк и протянул руки к Игорю.
А Игорь сунул в них коробку. В тот же момент что-то сзади грозно прогудело, и ещё два щита Справедливости исчезли, будто их и не было.
Как, впрочем, и большой огромный шар, похожий на «Око Саурона». Это страшное плюющееся огнём оружие, которое преследовало Игоря больше пяти часов, просто взяло и куда-то испарилось…
А Мильтраниспиршори, осторожно приоткрыв крышку, заглянул внутрь… После чего сразу же закрыл коробку и отвёл взгляд.
Впервые Игорь видел, чтобы кто-то из фольков пусть и беззвучно, но рыдал.
— Мой народ соберётся у Священной Пирамиды… — глотая слёзы, тихо проговорил самый умный. — Ты не против, Игорь, сын Алексея Калинина?"
"— Нет, конечно, пользуйтесь… — кивнул Игорь, а сам устало опустился на землю.
