Никто больше не подхватит ее на руки и не унесет далеко-далеко, и она не будет прижиматься к груди, закинув руку на шею любимого мужчины, вдыхая запах терпкого пота, никогда не прижмет к груди своего ребенка… Никогда. Альва-Мари горько вздохнула и вытерла навернувшиеся слезы.
За окном уже опустилась ночь, пора ложиться, подумала девушка и принялась разбирать постель.
* * *Утром после разминки и завтрака я хотел, как и планировал вчера, отправиться за плащом в карете маркиза, но оказалось, что маркиз рано утром отправился по каким-то своим делам.
Пришлось оседлать своего коня и отправиться верхом. По дороге был насторожен и частенько поглядывал назад, но все обошлось, и, загрузив одежду в баул, который предоставила мне хозяйка швальни, отправился обратно. Сегодня дождя не было, и в воздухе пахло морозцем, скорей всего, к вечеру начнет подмораживать, и, возможно, завтра мы отправимся в столицу. Все-таки я плюнул на предостережение Паркса и завернул на рынок, где приобрел мешочек с зернами шимоса, и только после этого направился к месту своего проживания.
Ворота мне открыли сразу, как только я назвал себя, вчерашняя свара не прошла даром. Я завел коня в конюшню, расседлал и обтер пучком сена, после чего понес одежду к себе в домик. Не успел войти, как в дверь постучали, и на пороге возник один из столичных гвардейцев. Молодой парень, почти мальчишка, с пухлыми щеками и пробивающимся пушком под носом и на подбородке. Он потоптался на месте, не зная с чего начать, но потом, наконец приняв решение и отчаянно покраснев, произнес:
– Сеньор, вчера вы подлым образом ранили моего кузена, после чего даже вину за происшествие свалили на него, пользуясь его отсутствием на докладе у маркиза.
Я вызываю вас на дуэль в любое удобное для вас время.
– Хм-м-м… молодой человек, может, вы представитесь и скажете мне, обязательно ли вас убивать или в зачет пойдет и то, если я вас раню? – Я давил парня взглядом, и тот опустил глаза.
– Прошу прощения, сеньор, что не сделал этого сразу, я баронет Кальв Альтерус, а по поводу вашего второго вопроса, то вам самому надо опасаться погибнуть, – гордо задрал он подбородок. – Так какой будет ваш ответ?
– Хорошо, баронет, я принимаю ваш вызов, через полсвечи готов дать вам удовлетворение.
Только закрылась дверь, как в нее снова постучали, и на пороге возник еще один гвардеец, но этого я уже видел, когда вчера валял его в грязи.
