Морозов пополз назад, он истерично мотал из стороны в сторону и шептал, как в бреду:
— Нет! Нет… не надо…
— А детишек в жертву принцу ада приносить было надо? А меня сажать под подавители и использовать как… как батарейку, это нормально? А то, что твой маньяк-пиромант — Треба спалил дотла мою усадьбу и чуть не сжёг заживо меня вместе со всеми слугами, это по-твоему — мелочи жизни?
— Я знаю кое-что… о Лешем… я был у него в доме. Тогда не придал значения, да и не знал, кто он, но запомнил…
— Говори! Что ты знаешь! — в моём голосе прозвучала сталь.
— Говори, или твоя смерть станет крайне мучительной и неприятной!
Я сам не узнавал себя, меня обучали некоторым видам пыток, но сейчас я готов был применить всё, что знал и мог применить. Кажется, мой настрой передался Морозову. Он опустил голову, на глазах навернулись слёзы. Он выпрямился и посмотрел на меня, такие взгляды бывают только у обречённых:
— Пообещай, что позаботишься о моём сыне! Нет, не так, что дашь ему жемчужину с Васюганских болот и он обязательно выживет!
— Я не могу тебе этого обещать.
— спокойным голосом ответил я, — Процесс непредсказуем и требует крайне специфических условий. Могу пообещать, что постараюсь дать ему достойное образование и если когда-нибудь возникнет такая возможность, то сделаю его ведьмаком!
— Клятва! — Морозов протянул мне руку с алым перстнем, его пальцы сильно дрожали, а зрачок занимал половину глаза, на миг показалось, что сами глаза у барона стали чёрного цвета, — Поклянись на крови, что исполнишь всё, что сейчас сказал!
— А ты расскажешь всё, что знаешь о Лешем! — барон лихорадочно закивал.
Морозов судорожно вскрыл кольцом с красным рубином себе запястье и протянул мне окровавленную ладонь.
— Не могу снять родовое кольцо… прости меня за всё, Демидов, я запутался…
Он отвернулся, но руку не убрал, его кисть дрожала, как у эпилептика. Я взял руку, сильно сжал, чтобы унять дрожь, и надрезал себе ладонь. Кольцо вспыхнуло алым рубином, а кровь исчезла. Клятва была принята.
— А теперь, говори!"
"— Найдёшь на карте небольшой городок Иваньково, он расположен, можно сказать, на берегу Волги.
Леший живёт в двенадцати километрах от городка, вверх по течению. Захочешь, найдёшь…
Я кивнул.
— А теперь делай, что должен! Только сделай это безболезненно…
Я не стал ничего говорить. Лишь провалился в «скольжение» и свернул барону шею.
Быстро достал телефон и позвонил Нохаю:
— Ало! Нохай, мне нужен клинок, который я приказал сделать вчера, узнай, готов ли он.
