Последний из рода Демидовых (СИ)

Но никто по своей воле власть не отдаст, ведь так? А значит, нам придётся взять её силой!

Они тихонько захихикали, наслаждаясь своим положением.

— Ну, допустим, а что вы делать будите с соседними государствами, где у власти остались аристократы со способностями? А если они решат вас завоевать? Что противопоставите?

— Какой разговорчивый! — подал голос второй, — А тебе какое дело? Ты ведь сейчас отправишься на тот свет!

Я чуть не ляпнул: не говори гоп, пока не перепрыгнул, но вовремя себя остановил.

— Я же сказал: хочу понять ваши мотивы.

Откуда столько ненависти ко мне и моему роду. Но ты не ответил, если вырезать наших аристократов, то кто сможет остановить аристо из соседних стран? Они с вами миндальничать не будут!

Кажется, борцы за идею общего равенства об этом забыли подумать.

— Эй ты свой пургамёт прикрой! — завопил нервным голосом кто-то стоявший сзади.

Но меня отчего-то понесло:

— Вам не приходило в голову, что вы действуете в интересах иностранных государств, в том числе великобританских аристократов? Ведь Франческо Сан-Донато был князем и «мастером»! А ваши подавители магии? Они имеют также английское происхождение! Да и Морозов не отрицайте, я знаю, что он с вами, он тоже аристократ.

И наверняка банкиры, которые за ним стоят, не заработали свои капиталы, маша кайлом на золотом прииске!

— Мне надоело это слушать! Надо дело сделать и валить отсюда, — пришёл к выводу главный.

Я опустил голову и криво усмехнулся. Ничего, придётся вспоминать, чему учили в Высшей школе КГБ…

В руках у полицаев я рассмотрел биты, а у одного монтировку, увидел нож у главного.

Они хотят сымитировать нападение уголовников?

Замок в двери моей камеры зловеще щёлкнул, дверь заскрипела. Я резко встал и забился в угол, опустил голову и сделал вид что мне страшно. В камеру зашли двое, остальные остались стоять снаружи. Два ублюдка в форме полицейских встали напротив меня. Нужно начинать первым, используя эффект неожиданности.

— Что притихло, чучело? Язык в жопу засунул?!

Эти двое не видели во мне угрозы и решили поиздеваться или доказать мне, а главное, себе, что они правы, а я ошибаюсь.

Но у меня были другие планы.

Резкий удар носком ботинка угодил в сухую кость голени стоявшему справа, о нём можно было забыть на пару секунд. Сразу же провёл хлёсткий удар второму в блуждающий нерв, это немногим выше солнечного сплетения. Тот, кто стоял слева, повалился кулём на пол камеры. А тот, кто находился с права, успел распрямиться.