Кровь капала с меня на пол, а сам я бездыханным трупом болтался, из-под приоткрытых век поглядывая на проверяющих. Хрен знает, что было написано на их мордах, но вроде удивились они не сильно. Как ни крути, а самки тут выше и статусом, и силой.
Лже-хозяйка гордо проползла мимо них и небрежно швырнула меня в стоящее в углу ведро.
— Вы закончили? — надменным голосом поинтересовалась она. — А то здесь теперь убираться надо!
— Ещё одну минуту, госпожа!
Что происходило дальше, из ведра я не видел, но, судя по стуку створок и шуршанию, обыск продолжился.
А чуть больше чем через минуту закончился.
— Спасибо, госпожа.
Дверь скрипнула, а затем захлопнулась, и мы снова остались одни.
— Ты как, повелитель? — Жаршаса сразу же подползла к ведру и на этот раз крайне аккуратно подняла меня двумя ладонями.
— Нормально! — пискнул я и скастовал лечение. — Что дальше?
— А дальше! Превращайся! — глаза гранги сверкнули, и она кинула меня на мягкую кровать. — И раздевайся!
А-а… Вот он, момент истины, о котором я старался всё это время не думать.
Эх! Чего не сделаешь ради благого дела.
Я вытащил из инвентаря кусок мяса и впился в него зубами. Эффект трансформации отменился почти сразу, и я снова стал грангом.
— Раздевайся, раздевайся, — подбодрила меня змеюка и, показывая пример, разом отключила всю броню.
Да ничего вроде необычного — просто змея с большими сиськами. Даже непонятно, где у неё это… Что там у них для этого самого дела… Впрочем, пофигу, до горячей части я добираться не планировал.
— Да успеется…
Я отодвинулся и отключил только верхнюю броню.
— Да не стесняйся, повелитель, — Жаршаса заползла на кровать и приблизилась вплотную. — Надо же ещё и в роль войти. Так сказать, прочувствовать момент, чтобы он поверил.
— У меня лучше всего получается импровизировать, — прошипел я отполз на самый краешек любовного ложа.
— Да ладно тебе, — бульдозер снова приблизился, и его выпирающие части тела едва не спихнули меня на пол. — Давай хотя бы поцелуемся!
И ко мне, вытянув губы, между которыми вверх-вниз двигался юркий раздвоенный язычок, потянулась огромная красная морда.
Ёпта! Ещё и слюна с торчащих зубов капает. Ну на хер! Я резко отшатнулся и таки рухнул на пол.
— Тихо! Он заходит! — пискнула сидящая на тумбочке Фыссаша, и мы замерли.
Снизу хлопнула дверь, потом послышались громко шипящие голоса. Я ждал шагов по лестнице, и только потом сообразил, что ног-то у гостей нет, а вместо лестницы, скорее всего, винтовой пандус.
