Так, может, это какое-то дело, которое было у него в работе? Вы не проверяли?"
"– Нет!!! – заорал Зарубин. – Не проверяли!!! Мы тут сидим, чай попиваем и версии из пальца высасываем, такой у нас, понимаешь, метод работы! И по-другому работать мы не умеем.
– Да проверяли, Рома, проверяли, – подал голос один из оперов, видимо, сжалившийся над Дзюбой. – И по фактуре проверили, и по именам, и по погонялам. Ничего не сходится, даже близко не лежит.
Подполковник Зарубин остывал так же мгновенно, как и вспыхивал, и пока оперативник произносил эти несколько фраз, Сергей Кузьмич успел успокоиться.
– Правда, Дзюба, отработали мы эту поляну полностью. Но если тебе так неймется и других дел нет – пожалуйста, бери и смотри сам. Найдешь что-нибудь – скажу спасибо, а уж если не найдешь – будешь проставляться по полной.
– В смысле? – нахмурился Роман, не уловивший смысла последних слов.
– Вот тебе и «в смысле», – передразнил его Зарубин. – Ты что же думаешь, каждый сопляк может безнаказанно сомневаться в моей работе, а я это должен бесплатно глотать? Ну уж нет.
Если ты прав – то ты прав, и вопросов никаких. Но если ты не прав – накроешь скатерть-самобранку. Нам всем. Кстати, когда закончишь – можешь этот хлам выбросить в помойку, это копии.
Роман молча сунул пакет с носителями в сумку и ушел.
Глава 14
На следующий день с утра пораньше Роман сел на электричку и отправился за город, в поселок, где находилась дача Григория Дубинюка. В местной управе он быстро получил список всех тех, кто владел дачами на одной с Дубинюком улице, после чего вернулся в Москву и начал методично объезжать всех соседей Григория.
К сожалению, сезон не располагал к постоянному проживанию на дачах, посему все те, кто в выходные дни находился за городом, в течение рабочей недели обычно жили в Москве.
К вечеру, не чуя под собой ног и умирая от голода, он поехал, как и было условлено, на встречу со Сташисом.
Антон предложил Роману подъехать на Петровку, но, памятуя вчерашний разговор с Зарубиным и его грозный окрик, Дзюба попросил:
– А в другом месте нельзя? Мне кажется, Сергей Кузьмич уже меня видеть не может.
И потом, я жрать хочу, с утра бегал, как савраска, маковой росинки во рту не было.
– Ну да, – хмыкнул в трубку Антон. – Кузьмич мне говорил с утра, что наорал на тебя вчера. Похоже, у вас нелюбовь взаимная. Ладно, тогда давай пересечемся где-нибудь, в машине посидим. Ты сейчас где? Там есть общепит какой-нибудь?
Роман покрутил головой и увидел вывеску «Шоколадницы».
