– За каждый грамм этого железа заплачено кровью, – прорычал десантник, – это вам не ваши индюки надутые.
– Одно то, что он, имея столько наград, до сих пор жив, уже само по себе легенда, – поворчал второй десантник. – С таким командиром группы на любое задание идти одно удовольствие.
– Почему? – растерялся охранник.
– Дураки вы, – отмахнулся первый спецназовец. – Вернуться с боевого задания живым – удача, а возвращаться с них регулярно, не просто удача, а настоящее везение, пусть даже и раненым.
– А, что, часто не возвращаются? – осторожно спросил ушибленный охранник, почесывая пострадавший затылок.
– Часто, – вздохнул отвесивший ему оплеуху десантник.
Пройдя через холл к пункту охраны, генерал одобрительно кивнул вытянувшимся в струнку десантникам и, вежливо поздоровавшись с сидевшими за пультом охранниками, шагнул сквозь рампу металлоискателя.
Осторожный прибор, способный определять все виды оружия и взрывчатки, взвыл как проклятая душа.
– Генерал, у вас есть оружие, – утвердительным тоном произнес один из охранников.
– Конечно, – кивнул в ответ генерал. – Я офицер войск специального назначения и не выхожу без оружия.
– Вам придется оставить его здесь, – решительно ответил охранник.
В этот момент сквозь рампу пошел Генри. Металлоискатель снова взвыл.
– Вам тоже придется оставить оружие, – не терпящим возражения тоном сказал ему охранник.
– Сынок, ты хоть соображаешь, с кем разговариваешь? – спросил генерал так, что охранник вздрогнул и заметно побледнел.
– Это наша работа, генерал, – развел руками второй сторож.
– А это мое именное, наградное оружие, и изымать его у меня никто не имеет права, – решительно ответил генерал. – А, кроме того, эти четверо десантников пойдут со мной в качестве нашей личной охраны. Вы и у них потребуете оружие?
– Генерал, мы не можем их пропустить, – растерянно пробормотал охранник.
– Ты дурак, сынок, – устало ответил генерал. – Положите их мордами в пол и не давайте подняться, пока все не кончится, – приказал он стоявшим рядом с охранниками бойцам.
В одно мгновение оба охранника были скручены и уложены лицами вниз. Запястья и лодыжки обоих были скованы наручниками, причем наручники на руках были пропущены за наручниками, защелкнутыми на лодыжках. Таким образом, они были лишены возможности не просто шевелиться, а даже разогнуть ноги. Прохрипев несколько ругательств, охранники затихли.
Следом за командирами сквозь рампу прошли бойцы охраны, и вся делегация дружно зашагала к залу совета.
