Или, раз все события происходят в моей голове, изображу из себя персонажа какой-нибудь гангстерской игры — просто отожму тачку. Пистолетом бы только разжиться. Или хотя бы ножом.
Все люди здесь — это мои проекции. Главное только определить момент настоящего выхода, а то система может сделать новый финт: смоделировать реальность так, будто я прошел испытание, а сама оставит меня здесь. Или наоборот: я выберусь из ловушки, но буду думать, что до сих пор в ней. И начну убивать всех направо-налево, пока меня не утихомирят с помощью обнуления.
Так, пора бы перестать думать об этом, а то превращаюсь в законченного параноика.
Когда я отошел от края и уже собирался набрать разбег для эпичного прыжка, чья-то крепкая рука схватила меня за предплечье:
— Парень, ты чего удумал-то?
Вот ведь ещё одна проблема на мою голову! И как реагировать на это?
— Ничего, — я вопросительно посмотрел на стиснутую ладонь, затем перевел взгляд на человека, которого вижу явно первый раз. — Мы знакомы?
— Нет."
"— О, это к нам летят! — я указал наверх и, пока все, задрав подбородки, наблюдали за приближением военного вертолета, разбежался и перемахнул через провал.
Не зря всё-таки ходил в тренажерный зал: уверенно преодолел препятствие и умудрился ничего себе не повредить.
Я зашагал по пустой дороге. Все машины, которые успели перебраться на другую сторону, уже уехали. Прикрыл глаза, представляя, как рядом со мной материализуется брошенный кем-то велосипед. Трюк не удался.
Вертолет сделал петлю и завис посредине моста.
На проезжую часть, находившуюся от меня в сотне метров, упали длинные верёвки, по которым спустилась четверка спецназа. Что за дурацкий сценарий? Откуда это вообще взялось?
Попытался оценить обстановку. Справиться с ними, расшвыряв их, как котят? Даже не смешно. Не стоит себя обманывать: тут без шансов. На лицо многолетняя подготовка, слаженность действий и отличная экипировка. И это не считая огнестрела, против которого я бессилен. Попытаться проскочить мимо них? Бесполезно.
Спрыгнуть в воду и добраться вплавь? Как вариант, но всё-таки кажется, что меня пристрелят. Просто поговорить? Придётся.
Подняв руки, я замер. Смог рассмотреть нашивку, которая красовалась на груди каждого военного — «Авалон». Это что ещё такое? Какое-то специальное подразделение или чья-то частная армия? Кажется, с чем-то подобным я уже встречался. Вот ведь мерзкое чувство! Будто вспоминаю ускользающие события недавнего сна.
Подбежал боец.
