В двух из них говорится, что он в Туле. Ещё одно пришло... И ещё...
— Получается, нашелся, — Столыпин бросил многозначительный взгляд на главу контрразведки. — Очень удачно, что не может оттуда сбежать. Информацию надо перепроверить, уточнить детали и подготовить группу.
— А, может, мы предложим местным самим устранить его? — спросил Альтаир. — Найдем, чем отблагодарить. Расстояние слишком большое. Основной мост через Оку взорван. Придется пробираться окружным путём. Эта территория не разведана.
— Нет. Всё нужно сделать самим, иначе не сможем быть уверены, что угроза устранена.
Слишком опасно доверять людям из непонятных поселений.
— И всё же: если Фрол пропадет из рейтинга, то мы будем полностью уверены, что он погиб последней смертью. Как я понимаю, вопросительные знаки в двенадцатой тысяче игроков принадлежат именно ему.
Столыпин внимательно посмотрел на Альтаира. Затем слабо кивнул.
— Мне позволено сказать? — секретарь потупила глазки.
— Ну говори...
— Тут пишут, что в случае нашей агрессии на защиту Фрола могут встать больше десяти поселений.
Отправитель письма — в том числе. Он рекомендует не соваться в город.
— С чего это? — опешил командарм. — Лучше перешли всем конверт.
Секретарь разослал сообщение командованию Авалона.
— Интересно, — протянул начальник снабжения. — Полная амнистия для всех, у кого артфикс находится под куполом. Защита заблудших. При этом какие-то непонятные формулировки в причине. Что значит «мы полагаем», «по неподтвержденным данным», «обстоятельства сложились», «вероятность риска» и прочий бред? На чем они основываются?
— Суеверие, — предположил Альтаир.
— Другого рационального объяснения нет.
— Может быть, нам всё же стоит прислушаться? — спросил Стоменов.
— Витя, не начинай! — поморщился Столыпин. — Мы говорили про это уже тысячу раз. Почему ты продолжаешь его защищать?
— Он...
— ...не похож на человека, который решит целенаправленно уничтожить Авалон с тысячами людей, — закончил командарм. — То, что твоя жена хочет с ним поговорить, это её проблемы.
Это не делает из Фрола божьего одуванчика. И почему она не сообщает, по какому именно вопросу?
— Не знаю.
— Уже пришло семнадцать писем, — вставила слово секретарь. — В одиннадцати из них сообщается про Тулу. Остальные — Воронеж, Москва, Владимир, Рязань. Пришло ещё одно из Калуги. И ещё одно из Тулы. И...
— Понятно, — прервал Столыпин. — Альтаир, твоя идея с артефактами насыщения сработала. Значит так, связываемся с Мавром. Уточняем детали.
