Последняя из рода Мун: Семь свистунов. Неистовый гон

Прежде чем она сумела что-то ответить, Конрад жестко сказал:

– Торэмам в этом доме не рады. Я пустил его один раз, но больше этого не случится.

Они никогда не разговаривали об этом, но Элейн сама вспомнила, что Конрад был сыном двоюродной сестры Драммонда Муна. Она жила в Думне.

Элейн стоило бы мягко сообщить ему, что Оддин не в ответе за действия семьи, он – хороший человек, и им нужно просто познакомиться.

Но она мало знала о мягкости, деликатность не входила в число ее сильных сторон, и если Элейн не чувствовала реальной угрозы жизни или безопасности, то редко проявляла гибкость.

Поэтому она резко отозвалась:

– В таком случае, нам придется обсуждать его предложение на улице.

Конрад подался вперед.

– Какое еще предложение?

– Руки и сердца, разумеется.

Он сжал ручки кресла и сомкнул челюсти, ища подходящие, но приличные слова.

– Как он посмел явиться сюда и предлагать такое.

– Он из знатной семьи. Я – глава клана. Не вижу в нашем союзе ничего предосудительного.

– Ты знаешь, о чем я, Элейн!

Они спорили по меньшей мере четверть часа.

Конрад кидался обвинениями в адрес всех Торэмов, Оддина и даже Элейн, за ее беспечность, неосторожность, эгоистичность и много чего еще. Она настаивала на том, что имела право самостоятельно выбирать будущего мужа, а Оддин был достойным человеком.

Их спор оборвался, когда в дверь постучали, и в комнату вошла жена Конрада, Омелия.

– Прошу, не подумайте, что я подслушивала, но в доме нет места, где вас не слышно, – произнесла она мягко.

 – Ваш разговор затянулся и перебудил детей. Поэтому позвольте вмешаться.

Ее муж раздраженным взмахом руки позволил говорить.

– Не кажется ли тебе, Конрад, что Элейн действительно должна принять решение самостоятельно?

– Она глава клана! – процедил он уже не в первый раз.

– Именно поэтому.

– Она глава клана и несет ответственность за него!

– А еще имеет право делать выбор и ошибаться…

– Она не имеет права ошибаться!

– Не припомню такого в клятве главы клана! – тут же вспылила Элейн.

Она уже некоторое время стояла за креслом, вцепившись в спинку, пытаясь хоть как-то совладать с яростью.

– Конрад, ты можешь дать совет, но не должен давить… – вновь очень осторожно, почти нежно заговорила Омелия.

Элейн даже позавидовала ее способности одним голосом успокаивать злость и раздражение.

– Я не давлю! Это и есть совет: ты не можешь выйти замуж за Торэма, ни один Мун не простит тебе такого предательства.